— Нет, сегодня я буду держать себя в руках, — старик покачал головой, — иначе может пострадать и наш род, и Романовы заодно, это же они оказывают нам протекцию, ну, по крайней мере все так думают. Ладно, смотри, всё начинается, — он кивнул на императора, который встал с трона и спустился к центру зала.
— Уважаемые князья, — на губах императора блуждала легкая улыбка, — я рад, что мы все собрались в этом зале, как в старые добрые времена, чтобы обсудить проблемы нашей империи и как их можно решить. Так как сегодня я всего лишь старший товарищ всем вам, хочу сказать пару слов, прежде чем мы начнем. Увы, так случилось, что наша империя в последнее время сталкивается с тяжелыми испытаниями, но вместе с ними мы получили и новые возможности. Один из нас, из благородных, получил возможность закрывать проклятые всеми богами аномалии, тем самым очищая нашу землю от смрада. И сегодня этот человек здесь, — Алексей глянул в мою сторону, — Константин, подойди ко мне, хочу, чтобы все присутствующие увидели тебя и выразили свою благодарность за то, что ты делаешь для нас всех!
А император хитер, очень хитер. Спокойно встав со своего места, я оглядел каждого, после чего не спеша спустился к императору. Алексей демонстративно пожал мне руку, а вот следом за ним это сделал князь Демидов, что в принципе ожидаемо. А дальше понеслось по накатанной, пока не осталась как раз та самая группа, что имеет ко мне претензии. И да, они были в меньшинстве, учитывая, что в зале собралось около шестидесяти человек.
— Мы не будем жать руку человеку, что повинен в таком количестве смертей, — ядовито процедил Лопухин, — и если ты, государь, думаешь, что можешь нас заставить, то сильно ошибаешься.
— Заставить? — император так натурально удивился, что я почти поверил, — князь Лопухин, зачем мне кого-то заставлять? Не хотите — как хотите. Я лишь предлагаю, как старший товарищ, — император вновь улыбнулся, — что ж, друзья, как мы видим, не все из нас готовы принять хорошие новости, некоторые князья имеют вопросы к Константину. Что ж, господа, вы можете их задать, — император кивнул.
Первым на ноги вскочил Лопухин, видимо, его выбрали в качестве говорящей головы, так как, судя по всему, с интеллектом у этого князя большие проблемы. Старик демонстративно спустился вниз и встал почти вплотную ко мне.
— Я, князь Лопухин, заявляю, — торжественным голосом начал он, — что именно княжич Распутин виновен в последних событиях, благодаря которым мы потеряли такое количество подготовленных бойцов.
— У вас есть доказательства, князь? — вкрадчиво спросил император, — обвинение серьезное, для того чтобы мы могли его рассмотреть, нужны твердые факты.
— Доказательства? — Лопухин усмехнулся, — что ж, тогда слушайте. Пока он, — князь ткнул пальцем мне в грудь, отчего мне сильно захотелось заехать ему по роже, — не начал закрывать аномалии вокруг столицы, все шло своим чередом, и потери среди наших Защитников не превышали нормы. Но как только Распутин начал свое дело, все аномалии словно сошли с ума. Разве этого недостаточно?
— Недостаточно, — усмехнулся я, — ты, князь, выдаешь желаемое за действительное, — я покачал головой, — с каких пор аномалии так работают? Или раньше не было прорывов, не было волн? Они были всегда, — я развел руками, — но почему-то именно сейчас вдруг резко я оказался виноватым в том, что демоны сошли с ума. Что дальше, может, я еще и виноват в том, что боги перестали отвечать? Все помнят польскую аномалию, когда многие из присутствующих дрались там плечом к плечу? Так вот, князь, что-то я не припоминаю, чтобы ты там был.
— Хм, доводы Константина мне кажутся куда логичнее, чем ваши слова, князь, — видя, что Лопухин готов сорваться, император решил вмешаться, — у вас есть еще что сказать насчет княжича Распутина?
— У меня есть, — с места встал Ухтомский, — род Распутиных нагло присвоил себе чужое. Почти двести Защитников, принадлежащих моему роду, теперь служат им, и делают это не по закону!
— Долг жизни, — я пожал плечами, — надо было лучше следить за своими людьми, князь. Если ты так делал, мне бы не пришлось их спасать из лап демонов. Они сами решили свою судьбу, так как, побывав на грани жизни и смерти, посчитали, что долг твоему роду отдан. У тебя есть претензии?
— Есть, — тихо процедил князь, — никто не может подтвердить, что у них есть долг жизни перед тобой!
— Ты забываешься, Ухтомский! — дед тут же вскочил на ноги и вмешался в диалог, — Распутины не врут, Распутины знают, что такое честь, и не тебе, собаке, в этом сомневаться!
Мда, дед как всегда в своем репертуаре, старик не ищет легких путей. Атмосфера в зале тут же стала напряженной, разъяренный гранд, точнее уже не гранд, это всегда страшно.
— А ты попробуй что-нибудь сделай мне, Распутин, — Ухтомский широко улыбнулся, — давай, покажи свою натуру палача. Все знают, зачем император держит тебя рядом, но ты не забывай, я такой же князь, как и ты, так что угомонись.
