Потом подумал, что если Инори Киви права относительного мотивов этого живого зонда, то устроенная Груздиным самоубийственная атака на станцию вполне могла иметь целью их с Инори уничтожение. Или у него уже мания величия? Чёрт, для реальных выводов данных катастрофически не хватало.
Поняв, что пропустил целый кусок дискуссии, Зимин стал вслушиваться вновь.
– Даже если так, – говорил упрямый Оритур, – то это ещё не значит, что эту чёрную силу нельзя использовать против наших доморощенных. Надо попытаться вступить с ней в переговоры, заинтересовать, предложить сделку, заключить временный союз. На худой конец изучить. Возможно, это даст нам оружие против остальных сил. Я стою за изучение подменённых.
Даже очень хорошо знавший Инори Горд не сразу понял, в каком сильном раздражении она пребывает. До этого он даже думал, что подобное чувство её расе попросту незнакомо.
– Каким образом? – резко спросила женщина. – Исследование материальной оболочки не даст ровным счётом ничего. Эта сила корёжит вовсе не тело. Она меняет внутреннюю программу. Поверхностное пси-исследование тоже бесполезно, а при глубинном псионик сам подвергнется заражению. Повторяю, меня спасло только чудо.
– Возможно, – неожиданно согласился илари, – но, по-моему, мы слишком зациклились на псионике. В конце концов, существует ещё и старый добрый гипноз. Послушайте, впервые в истории мы, возможно, имеем реальный шанс получить настоящие оружие против сил. А вы паникуете вместо того, что бы испытывать энтузиазм.
Краем глаза Зимин заметил, что кимерит вновь инстинктивно потянулся к мечу. В этот миг Горд действительно испугался. Но детектив уже овладел собой и расслабился. Покуда никто не назвал кимерита по имени, Олдрин предпочитал считать, что оскорбляют отнюдь не его.
В систему трёх галактик входят Млечный Путь и его сателлиты: Большое и Малое Магеллановы облака. По мнению большинства космологов, они представляют собой крайне редкий в мироздании регион, достаточно стабильный для того, что бы жизнь в нём не только возникла, но и достигла разумного уровня. В пользу гипотезы служит то, что все экспедиции вернувшиеся из «Туманности Андромеды» не нашли там жизни стоящей на более высоком уровне, нежели простейшие.
Плита древнего фундамента была, наконец, полностью очищена. Теперь на ней лежали лишь немногочисленные крупные обломки. Все мелкие уже были собраны и каталогизированы. Остальное не пощадило время.
Герда не без разочарования разглядывала небольшую площадку: она рассчитывала на куда большее. В которой раз Герда задумалась, зачем гильдия финансирует раскопки, и что собственно планирует здесь найти. В бескорыстное спонсирование Герда отказывалась верить принципиально: гильдейский совет был для этого слишком уж прагматичен.
А что если, – пришла ей неожиданная мысль, – дело совсем не в гильдии, а в том целом, частью которого, по мнению Брюла она была.
Девочка ещё раз оглядела фундамент. Не смотря на промчавшиеся эоны, он был почти ровный, лишь кое-где его пересекало несколько трещин. Однако всё остальное совершенно не сохранилось. Герда невольно повернулась лицом к видневшейся недалеко пирамиде: Если исключить фундамент, то эти сооружения явно построили из разного материала.
И всё же, что планировали здесь найти? Может совет мечтает о супероружии, как и Роман? Ох, вряд ли: гильдийцы скорее походили на купцов чем на воинов, торговали собственными услугами. И всё же, если Брюл прав…
Герда помотала головой. Хватит выдумывать. Так можно до фантазироваться что гильдия собирается в крестовый поход против сил.
Она снова оглядела фундамент и пирамиду. На что бы ни рассчитывала гильдия, здесь этого явно не оказалось: археологи не выкопали ничего ценного.
Девочка соскочила в раскоп и подошла к обломкам колонны. Вспомнила, с каким трепетом археологи, отложив лопаты, очищали её ножами и кисточками. Нет, все-таки нудятина.
На обломке виднелись символы, они были вырезаны во внешне похожем на пемзу материале колонны. Длинная цепочка знаков по спирали обегала обломок. Зачем-то Герда провела по знакам рукой.
– Эй, Герда! – послышался голос Романа.
Девочка повернула голову, её друг стоял на самом краю раскопа, не спускаясь однако вниз.
– Первети сейчас сообщение будет делать, по поводу этого артефакта. Идём!
– Можно, – рассеянно отозвалась Герда.
По правде сказать, археология начала ей уже немножко надоедать. Но ей хотелось быть ближе к Роману.
– Можешь прочесть, – спросила она, – указывая на опоясывающие остатки колонны значки?
