Даже если это стальные роботы. Графеновому болту абсолютно похрен на то, из чего ты сделан. У него одна задача ― прошивать цель насквозь, оставляя раны, несовместимые с жизнью.
Стою чуть в сторонке, Низа ушла с линии огня. Раздаётся снова стук в дверь. Я готов ко всему.
Но моя готовность ничего не значит. Это вряд ли убийцы или мародёры. Те не стучатся. Поэтому тут либо ловушка, чтобы усыпить нашу бдительность, либо ничего серьёзного.
― Может это просто какой-то сосед? ― прошептала Низа.
― Не знаю.
Снова стук, после чего я слышу голос снаружи.
― Для вас персонифицированная доставка, Карл Штейн!
Мы с Низой переглянулись, не понимая, что происходит. Кто такой Карл Штейн?
― Для вас персонифицированная доставка, Карл Штейн!
Голос был искусственный. Это робот.
― Низа, ― шепчу. ― открой дверь и сразу же уйди с линии огня. Если нам грозит опасность, я его уничтожу.
Она кивнула, практически бесшумно подошла к двери, резко открыла и отпрянула в сторону.
Передо мной действительно стоял посыльный робот, разукрашенный в корпоративные цвета местной почты-доставки под названием «Кассиопея». Бело-сине-красные полоски растянулись вдоль корпуса железяки.
Он никак не реагировал на моё присутствие и наставленный на него термошутер Вулкан. Только лишь продолжал талдычить: «Вы Карл Штейн? Для вас персонифицированная посылка!».
Подхожу к двери, выглядываю наружу, никого нет. Смотрю на робота.
― С какой целью интересуешься?
― Для Карла Штейна персональная доставка, вы Карл Штейн?
― Допустим, я Карл Штейн.
Он мне потянул буклет и ушёл. Я остался стоять в проходе. Низа подошла сбоку и закрыла дверь.
Внезапно, эта дурёха решила проверить свои силы. Выхватила у меня термошутер, но не учла, что тот тяжеловат. Рука камнем упала вниз, оттягиваемая пистолетом.
― Охренеть, сколько он весит?!
― Это Вулкан, Астера, он весит семь килограмм, триста грамм. И да, почти половина массы ― это болт-патроны.
Она попыталась его быстро вскинуть перед собой, но ничего не получилось, слишком тяжёлый.
― Эй, эй, давай не нажми случайно на спуск. Ты вообще в курсе, что ранения, нанесённые термошутером, приводят к чудовищным последствиям? В больнице не отлежаться…
― Да знаю я, знаю… ― натужно произнесла она, протягивая мне Вулкан. ― Просто не думала, что эти штуки настолько тяжёлые.
― Да, кто-то явно пропустил несколько этапов срочной службы.
― Не заливай, на службе все стреляют из допотопного огнестрела, термошутеры, импульсники на плазматиках и усовершенствованный огнестрел ― это игрушки для больших мальчиков, а не для вчерашних школьников восемнадцати лет от роду.
Она была права… Я хотел её подловить, но не получилось. Подозревал, что чертовка совсем блатная, даже в армии не служила.
― Ты просто попала не в те войска... ― кое как отбрехался я от неудобного разговора.
― Нет, постой, как ты… Охренеть, да ты его поднял, как пушинку!
Она подошла, взяла мою кисть и начала с интересом осматривать. Да вот только ничего интересного и необычного она там не обнаружит. Моя кисть никак не отличается от кисти среднестатистического военного.
Я одернул руку.
― Обычные тренировки. У тебя тоже получится, если ты будешь каждый день упражняться. ― привираю конечно же, но кто проверит? ― Не твои дерьмовые бёрпи, велосипед и прочее кардио. А тренировать суставы, сухожилия, кисти, пальцы.
― Ой, много ты знаешь!
― Не хочешь, как хочешь. ― выхватываю у неё листовку лёгким и резким движением руки. ― Что тут? О, понятно… Приглашение на Кобальт.
― А-а, так это реклама Кобальта, ясно почему он тебя называл Карлом Штейном.
Поворачиваюсь и гляжу на неё исподлобья.
― Карл Штейн ― это универсальное рекламное обращение. Я ещё стояла думала, почему мне это так знакомо? Кассиопея использует его везде, даже в рекламных роликах.
― Понятно.
Она какое-то время мялась, потом неуверенно произнесла.
― Может отправимся на Кобальт? Там хотя бы есть спейсеры. Целый спейс хаб. Можно переместиться в любую точку на фронтире. Даже документы не пригодятся.
Я посмотрел на неё, как на умалишённую.
― На Кобальт? Совсем дура чокнутая? Если здесь тебе плохо, то на Кобальте ты вообще взвоешь.
― Это ещё почему?
― Станция Кобальт рассчитана на сто тысяч человек, а живёт там миллион! Ещё нужны пояснения?
― Ну мы же не жить, мы…
Не успела она договорить, как я перебил.
― Ага, пояснения нужны, видимо. Топливо на Кобальте стоит в пятнадцать… Я повторяю, Низа, в пятнадцать раз дороже рынка! Это не станция. Это клоака. Которая затягивает таких дурочек, как ты. Рассадник болезней, беспредела, преступности. Именно на Кобальте появилась поговорка: «На Кобальте даже отсутствие причины может являться причиной убийства».
― Меня не посмеют. ― уверенно сказала она.
Я в принципе догадывался, что её высокомерие, проявляющееся в некоторые моменты, имеет под собой почву. Но что именно лежит в основе, пока ещё не выяснил до конца. Только предполагал.
― Угу. Потому что ты человек? Ну да, ну да…
― Каждый раз говорю и каждый раз, как со стенкой... ― она всплеснула руками. ― Я пошла. Всяко лучше, чем с тобой препираться.
