Я знала, что это значит. Я это ненавидела. Потому что в такой ситуации вполне могла оказаться я… меня можно было взять под контроль, как и сказала Марли, когда я только приехала сюда. Но если принц нашел Полукровку и сумел сделать свое дело, мы должны были остановить рождение ребенка, и я знала, что команда, с которой мы путешествовали, не собиралась опускаться до очень неудобного разговора с этой Полукровкой и надеялась, что она добровольно сделает то, что будет правильно в этом случае.
Я смотрела, как Фабиан подошел к другой стороне внедорожника, а затем мой взгляд переместился на другие машины.
Я знала, что они сделают. Они уберут эту женщину, не задавая никаких вопросов.
Мысль об убийстве невинной женщины и ее ребенка вызывала у меня отвращение. Я не хотела этого делать. Я не хотела, чтобы кто-то из нас делал это.
Так что у нас оставался только один выход.
— Нам лучше сначала найти ее, — сказала я, преисполняясь стальной решимости. — И сделать так, чтобы она, черт возьми, не забеременела.
Глава 21
Мы еще даже не выехали из штата Луизиана, а я уже была готова заклеить скотчем рты Динь и Фабиана. Всего несколько часов пути, и я узнала две вещи.
Фабиан чтобы не говорил, звучало как оскорбление для меня. А Рен обладал волшебной способностью отключаться от всех и сосредотачиваться на вождении.
Потирая лоб, я смотрела в окно, пока мы ехали по шоссе I-10. Снаружи виднелись неясные очертания зданий и деревьев, и каким-то образом разговор на заднем сиденье перешел на меня и мои волосы.
— Я не думаю, что она умеет по-нормальному их расчесывать, — сказал Динь. Он наклонился вперед, оказавшись на полпути между сиденьями. — Потому что, когда она это делает, они просто превращаются в гигантский пуф.
Досчитав до десяти, я скользнула взглядом по Рену. Слабая улыбка заиграла на его губах, и если бы он не сидел за рулем, я бы его ударила.
— Значит, она не все расчесывает? — звуча искренне, растерянно спросил Фабиан.
Я оглянулась через плечо.
— Я причесываюсь, придурки вы этакие.
Рен фыркнул.
— Я видел, как она это делает. Когда они мокрые.
— Давайте поговорим о чем-нибудь другом, кроме моих волос, хорошо? — предложила я, прежде чем забраться на заднее сиденье, как бешеная паукообразная обезьяна, и задушить их всех.
— О чём, например? — Динь откинулся назад. — Мне скучно.
— Ты уже заскучал, а у нас осталось еще около двадцати часов пути, — напомнила я ему.
Динь застонал.
— Я этого не вынесу.
— Я мог бы развлечь тебя, — предложил Фабиан. — Мы могли бы…
— Ага, как же. — Я подскочила, потому что у меня было чувство, что его версия развлечения Динь была не в рамках PG-13, и мне не хотелось быть свидетелем всего этого. Мой взгляд остановился на принце Летнего двора. Ему определенно нравился Динь, но фейри в значительной степени нравилось все, что ходило и имело дыру. Волна покровительства захлестнула меня. — Фабиан, давайте поговорим о вас.
Принц Летнего двора положил руку на спинку сиденья и наклонил голову.
— У меня нет никаких проблем с этим.
— Конечно, нет, — пробормотал Рен себе под нос.
Я с трудом сдержала улыбку.
— А сколько вам лет?
Принц Летнего двора приподнял белокурую бровь. На вид ему было около тридцати, но инстинкт подсказывал мне, что это не его настоящий возраст.
— Старше, чем некоторые деревья, посаженные вдоль этой дороги.
Так что мои подозрения оказались верны. Я взглянула на Рена и увидела, что он слушает.
— Тогда это означает, что вы кормитесь, потому что вы точно не стареете, как Таннер.
— Я же принц. Весь королевский двор кормится.
— Неужели? — сказала я, моя рука сжалась у меня на коленях. Это было еще кое-что, о чем Таннер умолчал.
— Тебе не нравится это слышать. — Появилась ухмылка. — И все же ты кормилась, чтобы спасти свою жизнь.
— Это был не мой выбор, — ответила я.
Динь снова наклонился вперед.
— Но Фабиан умалчивает о том, что у них есть люди, которые добровольно хотят, чтобы ими кормились. Их никто не принуждает.
Мои брови поползли вверх.
— Добровольно или по принуждению? Я помню людей, которые были у Дрейка в том доме. Некоторые из них выглядели так, словно хотели быть там, но я сомневаюсь, что кто-то из них знал, во что они ввязываются.
Лицо Фабиана омрачилось.
— Те, кто дает нам честь питаться ими, делают это без всякого принуждения. Они знают, кто мы такие. Они предпочитают помогать нам так же, как мы помогаем им.
Я ни на секунду в это не поверила.
— И как же вы им помогаете?
— В моем сообществе мы защищаем смертных, которые позволяют нам кормиться ими. Они ни в чем не нуждаются. Ни в деньгах. Ни в здравоохранении. Ни в безопасности.
Что мне напомнило об эскорте, но я решила оставить эту часть при себе.
— И они знают, на что вы, ребята, способны? Как вы можете истощить их до такой степени, что они превратятся в безмозглых, психически больных существ?
Его глаза сузились.
— Мы никогда не берем больше, чем нам нужно. Если бы кто-то из моих подданных сделал это, он был бы казнен на месте.
— Неужели? — Взгляд Рена метнулся к зеркалу заднего вида. — Это довольно жестоко для расы существ, которые всегда ставили себя на первое место.
