Рукоять топора скользнула в руку, как родная. Олег нанёс удар снизу-вверх, прямо в челюсть. Зубы охранника со щелчком сомкнулись, а сам он отшатнулся, развернувшись на все сто восемьдесят. Мужчина остановился, зажимая рот рукой. На пол упало несколько капель тёмной крови.
Олег сблизился и нанёс короткий, но сокрушительный удар по затылку, проламывая голову.
Женские крики наполнили воздух. Лысый упал на грудь, нелепо выставив свой обвисший зад. Он судорожно сучил ногами, пытаясь, видимо, подняться, и приглушённо хрипел. Пальцы его, как черви, пробрались в рану, выдавливая что-то вроде крови. Зрелище было до того отвратительное, что Олег решил положить ему конец, подошёл и ударил ещё два раза, раскалывая череп, как арбуз. Немного мозгов вытекло на пол мерзкой жижей.
Что он знает о милосердии? Видимо, ничего.
– Ну что, сучки, кто-нибудь ещё хочет повыёбываться? – люди поражённо разглядывали кровь на его лице. – Давайте, ну же!
– Пиздец тебе, – кто-то выхватил из костра кочергу.
– Тварь, мы тебя порешаем! – применение нашлось и стульям.
– Гнида, ты за всё ответишь… – блеснул нож.
– Да ну, валим! – некоторые оказались благоразумнее.
– Девочки, подходите по одной, – улыбнулся Олег.
– А-а-а-а-а-а-а! – кочерга описала свистящую дугу.
Олег нырнул парню под руку и рубанул по шее.
Ещё несколько шагов были пройдены, словно в трансе. Едва зажимая рану рукой, уже почти труп, выронил своё оружие и рухнул, провожая убийцу вопросительным взглядом.
Стул угодил прямо в лицо Олега, больно мазнув по веку. Слепо отмахнувшись, он получил уже вторым, прямо по рукам.
Топор оказался на полу.
– Давайте, окружайте его, – тип с ножом был по смелее остальных. – Он без оружия!
Олег схватил пустой шампур со стола и ударил им одного из любителей стульев, прямо в глаз. Тот неловко покачнулся, пытаясь ощупать инородный предмет, после чего завалился прямо в костёр.
«Ещё пятеро» – мужчина пятился, пытаясь выгадать момент. – «Немало»
Лёгкого тычка в лицо хватило парню с поленом, чтобы принять правильное решение и сбежать, зажимая кровоточащий нос пальцами, а вот его друг оказался крепче. Он отмахивался ножом так резво, что даже успел поранить стоящего рядом. Бедняга от неожиданности споткнулся и упал в крепкие объятья Олега, незатейливо сломавшего ему шею.
– Сука, ты за Серёжу ответишь! – истеричные крики из-за спины, не предвещали ничего хорошего.
Сильнейший удар в спину сбил Олега с ног. Перед глазами всё плыло. Он попытался отползти куда-то на четвереньках, но его противники были не совсем тупы и скопом набросились на неподвижного мужчину.
Оставалось только прикрывать голову от ударов ногами, этому Олег научился в армии, попутно пытаясь достать из кармана нож. Может он и действовал технично, но возраст давал о себе знать: каждый удар был, как два, а о суставах и говорить нечего – интересно, конечности будут сгибаться, если он вдруг выживет?
– Давайте заканчивать, – парень с ножом оттолкнул остальных и нагнулся к Олегу. – Надо его добить.
Ох и зря. Лезвие со щелчком встало в боевое положение и незамедлительно оказалось у смельчака в груди. Лишь лёгкий выдох был слышен двум другим, прежде чем нож замелькал в теле.
Происходящее напоминало Олегу мясную лавку. Ему довелось поработать в разных местах, и он прекрасно помнил, как с точно таким же остервенением резал свиные туши. Тогда он, совсем подросток, и не думал, наверное, что будет наносить человеку беспорядочные удары в шею, в странной попытке отрезать голову.
Они хотели оттащить его, после безуспешных попыток выбить нож, и им это удалось. Выкидуха осталась прямо там, в тощей шее, напоминая о незавершённом деле.
Дикий, нечеловеческий рык, прибавил ему сил, и он раскидал их в разные стороны. Его мутило, Олег опёрся на прилавок кофейни, задумчиво разглядывая разноцветные пакеты кофе, стоящие наверху. Рвота, но лишь желчью. Надо было развернуться, ещё ничего не закончено.
Подошедшего молодчика, уже не первой свежести, встретил тяжёлый кулак. Вторая рука не дала убежать, схватив за ворот рубашки, пока первая не нанесла очередной удар. Несколько зубов живописно отлетели в сторону стаканчика с одноразовыми ложками. Олег впечатал его лицо в прилавок, от чего кровь и рвота забрызгали пустое стекло для выпечки. Раз.
– Считаем вместе! – оскал изуродовал побитое лицо. – Два!
Новый удар был сокрушительнее предыдущего, о чём сообщил громкий хруст.
– Три! – последний из бойцов схватил его со спины, пытаясь, видимо, повалить.
Олег простым приёмом перекинул парня на пол, пока его товарищ отдыхал на стойке.
– Хуёво ты считаешь, – весь немалый вес переместился на грудь. – После двух идёт два с половиной.
Неудачник начал задыхаться. Олег где-то слышал, что смерть от асфиксии самая страшная, может оно и так, он в подробности не вдавался, но смотреть на медленную смерть всегда неприятно. Ускорение процесса в виде двух рук, сцепившихся на шее, изрядно помогло. Олег так сильно сжал руки, что кожа заскрипела, а сам несчастный посинел, отчаянно стуча по полу слабеющими руками.
Через минуту всё было кончено.
