— Познакомьтесь, тетушка, это мой друг, Тор Драугр. Вы уже знакомы с его братом, Лейфом, мужем Кристы.
— Да, конечно. — Дилайла окинула Тора проницательным взглядом. Его высокий рост и могучие плечи явно произвели на нее впечатление. — У вас другой цвет волос и кожи, но в остальном вы с братом очень похожи.
— Тор поможет мне найти способ оправдать Руди.
— Будем надеяться, что у вас это получится, — кивнула Дилайла, глядя на норвежца. Казалось, она пыталась оценить его интеллектуальный потенциал, который был загадкой и для Линдси.
Тем временем в помещении полицейского участка появился мужчина с редеющими каштановыми волосами. Линдси сразу узнала констебля Бертрама, старшего следователя из отдела убийств.
— Леди Эшфорд, — поклонился он Дилайле, — полагаю, вы пришли защищать вашего племянника, Рудольфа Грэма.
— Я пришла из-за ваших смехотворных обвинений. Мой племянник не причастен ни к одному из убийств, и я требую немедленно отпустить его!
— Ах, если бы все было так просто! — покачал головой констебль. — К сожалению, на данный момент у нас нет никаких оснований его отпускать.
Несмотря на слова сожаления, на лице Бертрама, когда он повернулся к Линдси, отражалось лишь самодовольное удовлетворение.
— Рад, что вы пришли, мисс Грэм. Мне надо поговорить с вами наедине, если позволите.
Сердце Линдси тревожно забилось. Она посмотрела на Тора. В этот момент она была рада, что он пришел сюда вместе с ней.
— Я бы предпочла разговаривать с вами здесь, в присутствии моей тети и мистера Драугра.
— Ну что ж… Дело в том, что вы дали ложные показания относительно местонахождения вашего брата в ночь убийства Фиби Картер. Мы с вами оба это знаем. Я даю вам возможность изменить ваши показания. Если вы откажетесь, это будет рассматриваться как ваша умышленная попытка запутать следствие, и тогда мне придется выдвинуть против вас официальное обвинение в лжесвидетельстве.
— Вы не можете знать наверняка, где был мой брат в ту ночь. Я же сказали вам, что он был…
— Скажите ему правду, — резко вмешался Тор.
— Что? — изумилась Линдси. — Что вы себе позволяете?
— Я хочу уберечь вас от беды, именно поэтому я и пришел сюда. Скажите констеблю Бертраму правду.
Линдси посмотрела на Дилайлу — та кивнула в знак согласия с Тором. Черт побери! Какое он имеет право… Впрочем, после вчерашних событий он, пожалуй, имел это право.
Покорно вздохнув, Линдси проговорила:
— Я не могу с полной уверенностью сказать, где был мой брат в ту ночь. Возможно, я перепутала даты…
— Так я и думал, — скривил губы Бертрам.
— Но это вовсе не означает, что он и есть тот человек, который убил мисс Картер.
— Боюсь, у нас есть доказательства того, что это сделал именно он.
— Какие доказательства? — похолодела Линдси.
— Свидетельница опознала в вашем брате того человека, которого она видела убегающим с места преступления в ночь убийства Фиби Картер.
— Но это совершенно невозможно! Руди не способен на убийство!
— Будучи следователем, я многое повидал, мисс Грэм, и понял, что ни в ком нельзя быть до конца уверенным.
Его слова показались Линдси чудовищными. Разумеется, Руди теперь уже не тот невинный ребенок, каким он был в детстве. И все же она верила в его невиновность.
— Наверное, вы правы, — дрожащим голосом сказала Линдси, — но Руди мой брат, и я знаю, что он просто не может убить человека.
Констебль ничего не ответил, но в его глазах мелькнуло сочувствие.
— Я хочу увидеть его. Где Руди? — продолжала она.
— Ваш брат сидит в камере Ньюгейтской тюрьмы.
Сердце Линдси болезненно сжалось. Не сказав больше ни слова, она повернулась и пошла к выходу. В горле стоял ком. Вместе с тетушкой и Тором она спустилась по широким каменным ступеням на уличный тротуар. Линдси злилась на Тора за то, что он заставил ее сказать правду, и в то же время ее радовало его присутствие рядом.
Неожиданно Тор склонился к ее уху и тихо произнес:
— Сегодня в полночь я буду ждать вас у садовой калитки. Наденьте оранжевое платье.
— Оранжевое платье? — удивилась она.
— Именно. Все мужчины будут думать, что я купил вас на ночь, и не станут приставать к вам.
Линдси с трудом перевела дыхание. Просьба надеть оранжевое платье вызвала в ее памяти ужасное вчерашнее нападение. Она с содроганием вспомнила омерзительные прикосновения грязных мозолистых рук и с ужасом представила, что могло бы случиться дальше, если бы не Тор…
Вместо того чтобы пойти на бал, устраиваемый в доме графа Киттриджа, как было запланировано, она будет играть роль потаскухи… Нет, это просто безумие!
Однако мысли о Руди заставили ее всерьез задуматься о словах Тора. Хорошо еще, что она не сожгла это вульгарное платье.
Покинув полицейский участок, Линдси, Тор и Дилайла направились в тюрьму — обшарпанное здание из серого камня, которое снаружи было таким же отвратительным, как и внутри. За этими толстыми стенами отбывали наказание лишением свободы и женщины и мужчины, и за время существования тюрьмы сотни ее пленников были подвергнуты публичной казни.
