– Именно, – кивнул Акелон, наблюдая за происходящим во дворе. – Я боюсь, что, когда вернутся остальные драконы, это может стать настоящей междоусобной войной в землях Семи домов.
Акрин пожал плечами, хотя знал, что король не видит этого движения. Акелон и не видел. Но он слишком хорошо знал мага, чтобы понять, что тот отнюдь не разделяет его опасений. Обернувшись, он посмотрел на Акрина:
– Когда они вернутся? Когда вернутся остальные драконы?
– Новые придут, когда сочтут нужным.
Закатив глаза, король вздохнул. Не зря маги славились тем, что никогда не давали четких ответов. Обычно Акрин был куда более практичным, но при всем при том он оставался магом. Всегда.
Поднявшись из кресла, гасподин Терновника неторопливо прошел в сторону короля. Положив руку ему на плечо, он едва заметно улыбнулся:
– Не стоит паниковать, Акелон. Драконы – отдельный народ, а не боевая сила. Харакорт помог тебе, потому что я его об этом попросил. Но когда вернутся другие, людям придется договариваться с ними и заключать союзы, а вовсе не использовать просто так. Драконы разумны и не любят вмешиваться в дела людей.
– Надеюсь, ты прав, – пробормотал Акелон. – Очень надеюсь.
Вздохнув, он расправил плечи и одернул королевский плащ, волочащийся по полу. Убрав руку с плеча Акелона, Акрин отошел на несколько шагов и, оглядев друга с ног до головы, одобрительно кивнул:
– Вот теперь ты похож на короля. Давай, иди, покончи с формальностями.
Кивнув, Акелон развернулся и пошел прочь из комнаты, навстречу пышной коронации и короне, которую раньше носил его отец.
Сам маг не торопился присоединиться к празднику. Толпа народа его угнетала, а от ярких одежд всегда начинало рябить в глазах. Как маг он вполне мог вообще не присутствовать: с давних пор считалось, что чародеи не принадлежат ни к одному из Домов, оставаясь в стороне. Даже тот факт, что сейчас Акрин был придворным магом Седьмого дома, ничуть не меняло дела.
Тем не менее, он хотел присутствовать на коронации друга, только решил еще немного побыть в одиночестве.
Он знал, что севернее, где вера в богов и, как следствие, жрецы сильнее, коронации проходят в храмах, а в замках устраивают только празднества по случаю. Но в землях Седьмого дома богов не очень-то жаловали, издревле заведя обычай коронации в тронном зале, а ответственность по возложению короны ложилась на старшего живого родственника нового монарха.
Акрин тоже подошел к окну, но ничего интересного не увидел. Он ощущал Харакорта рядом, возможно, смог бы дотянуться до него мысленно при желании. Но не видел смысла его тревожить. Да и дракон, судя по ощущениям, спал – слишком далеким и отсутствующим казалось его сознание.
Седьмой дом всегда удивлял и восхищал Акрина – может, поэтому он остался именно тут. Находящийся дальше всего от Сумрака, он, тем не менее, породил магический народ этери, а саму магию ценил куда больше богов.
Согласно общепринятым верованиям, именно Сумрак дает силу магии во всем мире. Таинственная пелена далеко на севере, больше всего похожая на густой туман. Она начинается внезапно, и никто не знает, что таит в себе. Насколько известно, никто из тех, кто решил проверить, не возвращался.
Надо спросить у Харакорта. Маг помнил, как еще при первой встрече дракон упомянул, что пришел из Сумрака.
Отвернувшись от окна, Акрин последовал тем же путем, каким недавно ушел Акелон. Настало время посмотреть на триумф монарха.
Коронация оказалась делом скучным – но наполненным пафосом и роскошью. Акрин откровенно скучал всю церемонию, и развлекали его только реплики Артеи, стоявшей рядом вместе с Деррином.
– Вообще не понимаю, что ты здесь делаешь, – добродушно заметил Акрин.
Артея сделал круглые глаза и салютовала ему бокалом с вином:
– Как же! Море выпивки и угощений. Как такое пропустить!
Акрин усмехнулся и снова стал смотреть на Акелона и державшего корону Эштара. Но все же услышал, как Артея проворчала:
– К тому же, хоть какое-то развлечение.
На самом деле, маг отлично знал, почему женщина до сих пор не покинула замок. Гонорара, заплаченного Акелоном, вполне хватило бы, чтобы некоторое время безбедно прожить. Но Артея выжидала. Периодически она пыталась говорить с Харакортом – дракон рассказывал об этом с мысленным смехом, ведь беседовать с ним мог только Связанный, Акрин. Но даже когда Артея об этом узнала, она не унывала. Маг знал почему.
Артея хотела дракона.
Она не сомневалась в том, что их возвращение – всего лишь вопрос времени. А терпение у госпожи Терновника было. И она вполне могла ждать того, чего действительно хотела. А хотела она дракона. И даже не пыталась скрывать своей зависти к Акрину – и восхищения. Как бы Артея не относилась к нему самому, она уважала чужие таланты. Особенно те таланты, что смогли вызвать из небытия драконов.
– Думаю, слухи не врут, – усмехнулась она, – и в твоей крови, Акрин, действительно течет кровь демонов. Иначе как бы ты смог?
– Я талантлив, – пожал плечами Акрин. – И кто это распространял такие слухи?
