Храм Солнца полностью

(Появляется Верховный жрец, Тугусава и другие. Верховного ведут под руки.)

Верховный жрец(приблизившись).

Брат Монасура! Светлым Богом приветствую, Светлым и Ясным, как Светлое Око его.

Монасура.

Слава Великому, Светлому слава. (Преклоняется пред Верховным.)

Верховный жрец.

Встань, брат Монасура. (Садится на каменную скамью, покрытую пурпуром; садятся некоторые из жрецов на другие скамьи; Монасура стоит перед верховным. Робкой группой столпилось в отдалении несколько учеников. Молчание.) Монасура, мы пришли испытать твою веру. Говори, Монасура…

Тугусава(выступая).

Зачем нам слушать его богохульные речи? Надо действовать. Разве не ясен закон? «Изгоните хулящих меня, – говорит Господь, – сокрушите немедля». Гордыня обуяла его, и сердце его напитано ядом презрения к нам. Он не брат нам! Злобу и ненависть поселил среди нас Монасура.

Жрецы.

Верно, истину говорит Тугусава!.. Он сеет расколы!.. Его любят черные плащи, а дары храму скудеют!

Тугусава(выкрикивая).

Он переманил к себе учеников наших! Ему несут дары, ему возносят хвалы, забывая о нашем братстве! Он не велит ученикам чтить меня! Он говорит – не чтите учителя своего Тугусаву! Он смеется над верой! Разбейте сосуд, – говорит он, – и выбросьте камни!

Жрецы(шумят, приходя в исступление, жестикулируют и кричат. Среди криков слышны отдельные слова):

Смерть ему!.. Изгнать!.. Лишить венца!.. Смерть, смерть!.. Изгнать!..

(Наступают на Монасуру.)

Верховный жрец(делает знак – все стихает).

Говори, Монасура.

Монасура(стоящий неподвижно, Верховному).

Светлый служитель Пресветлого Солнца. Ты один бесстрастно, без зависти и злобы рассудишь мое учение. Я не скрывал своей веры. Все братья и все ученики мои знают, что говорил я, чему учил и как верил. Я славлю Светлого Бога, но не верю, что ради жалких сокровищ подымает над миром он свое светлое Око. (Тугусаве.) Но ты лжешь, Тугусава – я не беру даров и за это вы ненавидите меня. (Гул негодования среди жрецов.)

Тугусава(в ярости.)

Ты сам лжец и обманщик! Ты соблазняешь верных, как демоны!

Верховный жрец.

Ты забыл, Монасура, сколько слез, крови, пота, страданий, благочестивых желаний в этих камнях… Не простые это камни, а сокровища души и сердца. (Страстно.) Безумец! Людям нужна эта вера! Они столько страдали. Разве можно забыть то, что выстрадал, что полюбил, как мать ребенка, после мук рождения?.. Разве я не открыл тебе, Монасура, все это, когда ты был моим учеником?..

Монасура.

А разве я не страдал? Разве даром, без жертв, я познал истину? Разве даром отдам ее! (Страстно.) Нет, братья, нет! (Кричит.) Я отдам всю свою кровь до последней капли, но ни капли истины не уступлю вам!

Верховный жрец(после паузы).

Одумайся, безумец. (Встал. Грозно и торжественно.) Перед Оком Пресветлого Бога спрашиваю тебя – отрекаешься ли от заблуждения?

Монасура.

Нет!

Верховный жрец.

Трижды я должен спросить, тебя, Монасура. (Печально.) Я люблю тебя, Монасура… Вера шатается и падает. Ты один, Монасура, можешь поддержать ее… Мы простим тебя, Монасура… Я назначу тебя преемником… (Среди жрецов движение.)

Монасура.

Нет!

Верховный жрец.

Подожди! Замолчи, безумец! Ты знаешь, что после снимут с тебя венец алмазный, что ты будешь отсечен от братий, как зараженный член. Ты будешь одинок, как прокаженный. Ты будешь скитаться по дорогам, и все покинут тебя… Подумай, Монасура.

Монасура.

Я давно одинок на вершине своей стены.

Верховный жрец.

Никто из верных не коснется тебя, никто не скажет тебе слова, не кинет взгляда…

Монасура(невольно, с болью).

Келеа…

Верховный жрец.

Жрица Келеа будет при храме.

Тугусава(с наглой насмешкой).

Верховный, ты убедишь его! Если он не видит смысла в камнях, то в женщинах толк знает.

(Жрецы злорадно усмехаются.)

Монасура(сам с собой).

Келеа, Келеа…

Верховный жрец(грозно и торжественно, скрывая волнение).

Последний раз спрашиваю тебя перед Оком Пресветлого Бога – отрекаешься ли ты от заблуждений?

(Все ждут с напряжением.)

Монасура(после большой паузы, твердо).

Нет!