— Она погибла… я не смог… — глухо прорычал в ответ Фарзен-дхан’кл, скрывая сдавившую ледяными тисками могучие сердца боль — и не спрашивай меня больше ни о чем… — тяжелый взгляд проникал, казалось в самую душу, Рагнок поспешно согласно рыкнул и последовал за тяжело ступавшим воином. Юный воин по пути наверх гадал кто все же смог настолько потрепать в бою опытного Фарзен-дхан’кла: часть брони потеряна, наплеч оплавлен и исцарапан, грудь и спина исполосованы свежими ранами от когтей; левое плечо рассечено острым клинком и кое-как обработано, руки залиты твеем, из-за обильно твееточащих царапин и бурых разводов было почти невозможно различить естественный окрас воина; верхний клык сломан посередине, на щеке длинный порез из всего оружия уцелело лишь копье, да набор метательных ножей все так же украшал потрепанную перевязь на израненной груди.
Фарзен-дхан’кл упрямо шел вперед, широкие ступени впереди и позади и сопящий за спиной юнец. Сердце онемело и затягивалось ледяной коркой, он все больше отстранялся от окружающего, ничто больше не волновало, задача увенчалась успехом, взят трофей, о котором он так давно мечтал, но ни радости, ни триумфа Фарзен-дхан’кл не ощущал. Лишь тупая боль и бесконечная усталость, лишь одна мысль сюрикеном бившаяся в душе, наносящая острыми лезвиями все новые и новые раны «не смог… не успел… не уберег».
Заметив не самое лучшее состояние Фарзен-дхан’кла по прибытию на корабль, Вожак приказал ему отдохнуть как следует.
Фарзен-дхан’кл смыл пот и твей с тела, обработал многочисленные раны, отстранено заметив, что раны нанесенные душе ни одно лекарство не исцелит. Стоя в одной лишь юсе перед широким окном в своем отсеке, он вглядывался в черноту космоса, пальцы неосознанно погладили скол сломанного клыка. Система с двойной звездой, проплывающая мимо, мерцала загадочным синим светом, напомнив о взгляде бездонных глаз уманки. Ни одна самка больше не затронет его сердце… он выполнит свой долг самца, но не более того. Он покинет клановый корабль, станет Странником… решено.
***
Спустя вечность ладонь Вероники, наконец, ощутила гладкую поверхность, вместо шероховатости скальной породы, значит, она уже близка к цели. По наитию свернув в нужный проход, она с радостью узнала знакомый коридор и, прихрамывая, из последних сил пошла вперед. Ксеноморфы на пути ей не встречались, как и андроиды, причина отсутствия вторых вскоре стала понятна — ксены их попросту разорвали на части и оставили лежать на каменном полу. Воспрянув духом, Вероника поспешила в сторону зала Совета, вспомнив о последнем желании профессора Берфа, он завещал ей свои знания, она должна, обязана спасти эти записи. Свет факелов привлек ее внимание, все так же опираясь о стену, Вероника доковыляла до памятного зала, который показывал ей профессор. Споткнувшись о порог, она растянулась на холодном каменном полу, силы покидали избитое измученное тело девушки. «Встань» — раздался звучный властный голос, Вероника подняла голову, зрение кажется, уже начало ей отказывать, потому что, иначе как предсмертной галлюцинацией это не назовешь — перед ней стояла огромная ожившая статуя древнего Владыки буквально на расстоянии вытянутой руки. Рубиновые глаза заглядывали в самую глубину души девушки.
— Я не могу… — прошептала Вероника, бессильно уронив голову на руку.
«Значит, я ошибся, ты недостойна»
В душе девушки вспыхнуло возмущение, вспомнились слова отца, обидные и хлесткие. Он считал, что она не сможет добиться успеха без него, без его поддержки и покровительства. Вероника через силу поднялась на ноги, и откуда только силы взялись! Гордо вскинув голову, она пошатываясь стояла перед ним, тяжелая рука опустилась на плечо, девушка ощутила мягкую теплую улыбку, так похожую на улыбку профессора Берфа. На глазах выступили слезы, а из невесомой ладони в нее вливалась сила. «Ступай» — прошептали тени.
Вероника, чувствовала, что этой энергии ей хватит лишь на то чтобы забрать записи и дойти до крыши, где ее уже ожидали друзья. Откуда пришло это знание, она не знала, двигаясь как во сне, сознание больше не управляло телом, Веронику вела неведомая могучая сила. Положив в свой рюкзачок дневник профессора и все что лежало на каменном столе, она поспешила по коридору к лестнице, ведущей наверх. Внезапно она натолкнулась на какого-то мужчину, сильные теплые руки подхватили обессилевшую девушку, почти теряя сознание, Вероника узнала лицо склонившегося над ней человека.
— Кайл… — пробормотала девушка, бессильно обмякнув в его руках.
— Боже, Вероника… — пробормотал Кайл, ужаснувшись состоянию девушки. За спиной раздалось злобное шипение, взвалив на плечо бессознательное тело, побежал вперед, катер мог улететь без них, если он не поторопится.
***
Ким и капитан шли по пещере, поддерживая друг друга, измазанные в грязи, оборванные и почти безоружные. Как ни странно на них никто не нападал. Двигая ногами как автоматы, они преодолели большую часть пути. При очередной попытке связаться на частоте военных капитану, наконец ответили.
