Какая судьба ждет обычного парня из России, провалившегося в древнюю Месопотамию? По всем канонам жанра он должен немедленно стать великим волшебником, полководцем и покорителем принцесс. Все получилось совсем не так, и действительность оказалась куда прозаичней. Ведь обычный горожанин не знает ничего, что может оказаться полезным в такой ситуации. А потому он становится рабом в храме, и вкалывает за еду. Но наш современник не желает мириться с этой ситуацией. Как же он из нее выкрутится?
© Дмитрий Чайка, 2022.
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero.
— Господи, где я? Почему так жарко? Кто эти люди вокруг? Почему мы все связаны? Как хочется пить! Как я вообще сюда попал? Что вообще происходит? Как натерло шею! Как я хочу домой!
Максим Гончаров, двадцати трех лет от роду, сотрудник государственного банка, счастливый обладатель ипотечной хрущевки и подержанной иномарки, шагал голышом по каменистой пустыне, опаляемый лютым незнакомым солнцем. Ну не могло быть такого страшного иссушающего пекла в центральной части необъятной Родины. Как не могло быть такого уныло-тоскливого пейзажа без единого деревца на горизонте. Также и сурового вида бородатые парни с мертвыми глазами убийц, вооруженные корявыми копьями и короткими мечами, не ходят по улицам родного города-миллионника. Максим Гончаров никогда не видел таких потухших, безжизненных взглядов, как у тех бедолаг, которые шли с ним вместе, привязанные по пять-шесть человек к двум жердям, примотанным веревками вокруг шеи.
Он уже осознал, что все, что с ним произошло не мираж и не галлюцинация, и что вернуться к прежней небогатой и не сильно насыщенной событиями жизни не получится при всем желании. Потому что за неполную неделю два человека были убиты на его глазах, а еще десяток он хоронил, забрасывая их тела камнями. А еще он совершенно точно знал, что он уже не человек, он вещь. Он раб.
Ранним июньским утром, под раздражающее щелканье соловья, Макс ехал по лесной дороге с турбазы «Коминтерновец» в направлении дома. Он в целом против соловья ничего не имел, но сегодня его раздражало абсолютно все. Вчера они очень неслабо погуляли с ребятами, и голова болела просто невыносимо. Несусветная жара, обрушившаяся с конца мая на среднюю полосу России, чувствовалась даже в пять утра, что не добавляло хорошего настроения. Выспаться и протрезветь толком не удалось, а к девяти утра нужно было принять душ, облачиться в белую рубаху с непременными черными брюками, зажевать чем-то гадостный вкус во рту и украсить собой Центр ипотечного кредитования государственного банка, имеющего вывеску насыщенного синего цвета. Максу было двадцать три. Невысок, худощав, не атлет, не красавец и не участник всероссийских олимпиад. Самый обычный выпускник самого обычного вуза в областном центре российского Черноземья. После четырех лет мучений на факультете политологии местного университета, родное государство наградило его дипломом и гордым званием Бакалавра. Поступление в магистратуру по данной специальности Макс посчитал издевательством над здравым смыслом и семейным бюджетом, а потому смело подал резюме в службу персонала банка из трех букв. Уже через две недели он гордо восседал на фронте, рассказывая посетителям про вклады с повышенными процентами и возможность разбогатеть, регулярно пополняя индивидуальный инвестиционный счет. К чести, отечественного образования, полученный диплом никак не мешал данной работе, и через год Макс переехал в отдел, занимающийся выдачей ипотеки, что в местной иерархии считалось куда круче, чем сидеть на фронте. В целом, работа Максу нравилась, особенно в пятницу, когда, как известно, офисный планктон, живущий в тисках правил, инструкций и дебильного дресс-кода, срывается с катушек и зажигает, как в последний раз. Отличие этой пятницы было в том, что она плавно перетекла в воскресенье. Ну, так получилось. И теперь Макс ехал по лесной дороге, благоухая могучим выхлопом, в надежде, что сотрудники ГИБДД еще спят.
