— Что за приятель у тебя в Англии? И почему я должна туда ехать?
— Вообще-то это на всякий случай. Надо же нам как-то оправдать твое отсутствие. Или ты уже не хочешь возвращаться в Манир?
— Манир?
— Ты почти три месяца прожила в другом мире и даже не удосужилась выяснить его название?! — он закатил глаза. — Я в шоке.
— Меня больше интересовала учеба в Доме Хранящих.
— Боюсь теперь тебе не скоро придется ее продолжить.
— Что?!
— Магистр Валлин велел не допускать тебя туда до полного выздоровления.
— Но я же здорова!
— Физически. Кто знает, как этот шок сказался на твоем даре? — парировал брат. — Собирайся. А то потом будет сложно пробиться. Да и времени тоже непонятно сколько прошло.
Я заметалась по комнатам, сгребая в старый рюкзак все подряд. И запасные джинсы, комплект белья, лекарства, зачем-то прихватила с зеркала в ванной все свои шампуни. Натянула штаны, блузку. Брат только с улыбкой наблюдал за моими скачками, никак не комментируя. И то спасибо.
На всякий случай начеркала записку родителям, типа поехала с друзьями в санаторий. А то только из больницы вышла и пропала в неизвестном направлении, родители не на уши — на дыбы встанут.
— Ну все, я готова.
— Давай руку.
Брат что-то бормотал, рисуя в воздухе непонятные мне символы. Зажмурившись в ожидании чуда, я крепко стиснула его руку, с бьющимся сердцем надеясь открыть глаза и увидеть знакомую комнату в доме Ветра.
— Глаза открой, трусиха.
Я послушно распахнула глаза, медленно озираясь. Деревья. То ли парк, то ли лес. И ничего не видно дальше нескольких метров, потому как стояли мы прямо в гуще какого-то колючего кустарника.
— И куда нас занесло?
— Сейчас узнаем.
Яр играючи раздвинул колючие стебли, выглядывая из нашего импровизированного убежища.
— Все в порядке. Это парк при резиденции наместника в Вассете. Эти уродливые клумбы я на всю жизнь запомнил. Когда прошлый раз угодил задом на розы.
Он поманил меня за собой, торопливо шагал по вынырнувшей прямо под ноги дорожке. Вдали уже виднелись кованая ограда и ажурные ворота, послышались крики распорядителя, зазывающего экипаж. Миновав стражу со спокойным достоинством, братишка усадил меня в карету и дал знак трогать.
— Ну как самочувствие?
— Не могу поверить, что нам удалось, — выдохнула я. — Страшно.
— Успокойся. Вот приедем, тогда и будешь бояться.
— Чего?
— Чтоб не раздавили обнимающие, — хмыкнул брат.
Примериваясь к мерному покачиванию кареты, я осторожно наблюдала за бурлящей вокруг жизнью города. Странно, дома еще только полдень, а здесь время уже к вечеру. И неизвестно, сколько времени прошло с момента возвращения в родной мир. А вдруг все, кого я знала, успели меня позабыть? Вдруг я окажусь лишней, ненужной теперь?
— Яр, а почему ты все-таки согласился меня взять?
— Во-первых, мне хочется быть уверенным, что ты в безопасности. И с твоим характером проще это сделать, если я буду рядом. Во-вторых, я успел пролистать твою историю болезни, и мне не понравилось, что там понаписали. А в-третьих, я не сволочь, — он улыбнулся.
— И что эти вивисекторы на меня накатали? Очередной ужастик на тему — либо под скальпель, либо на шоковую терапию?
— Почти. Через месяц тебя бы отправили в лечебницу. А там и из нормальных людей психов умеют делать.
Я похолодела. Значит, не показалось, что старый врач подозревает серьезный диагноз и хочет меня от греха подальше спихнуть. Чтобы репутацию не портила. А учитывая, что без Манира я бы точно начала с ума сходить, то и подавно терапией не отделалась бы.
Долго рефлексировать мне не дал Ярослав. Стоило экипажу дернуться и остановиться, как он выскочил наружу, протягивая мне руку и помогая выйти. У приоткрытых парадных дверей замерла на полушаге Целеста. За ее спиной маячило удивленное лицо Рыся.
— Лиска — а - а! — заверещало это стихийное бедствие, подхватывая подол платья и кидаясь ко мне. — Живая!
— Стоп! — брат легко перехватил подругу и поставил на землю рядом. — Больную не трепыхать!
Осторожные, но крепкие объятья друзей окончательно уверили меня в реальности происходящего, я едва не расплакалась от облегчения.
— Как же здорово видеть тебя! — Рысь сгреб меня в охапку вместе со своей Хранящей.
— Задушите — прохрипела я, мечтая о земле под ногами.
А когда в дверях показался бледный, худой и осунувшийся Ветер, мне стало еще хуже, даже ноги подкосились. Но упасть не дали. Он схватил меня в охапку и сжал так, что ребра затрещали, зарылся пальцами в волосы и замер. Я дышала через раз и молила всех, кого могла припомнить, чтобы он меня отпустил. А то вместо здравиц придется читать отходную молитву.
— Как же ты меня напугала, — наконец, выдохнул Ветер, отступая. — Никогда больше не смей так делать, слышишь?!
— Ветер, нам всем, наверное, стоит вернуться в дом? — невинно поинтересовалась Целеста, вцепляясь в мой рукав.
Вспомнив, что у моей шелковой блузки вырез для этого мира, да и прозрачность — это перебор, я покраснела.
— Да, конечно, правильно, — тоже слишком поспешно согласился мужчина.
— Ветер, надеюсь, мы не злоупотребим твоим гостеприимством? — Ярослав повернулся к нему.
— Ни в коем случае.
