Синьорина Маламоко кивнула, оправляя оборки на плечах. Фрейлины привезли Ангелу в домик с саламандрами вскоре после полуночи и, выслушав ее сбивчивый рассказ, велели спать. Дону да Риальто и Маламоко наутро ждал экзамен, им требовался отдых.
— За завтраком решим, что делать дальше, — успокаивала горничную Маура, закрывая дверь.
Сейчас настало время решать.
— Но батюшка уже обо всем договорился, — всхлипнула Ангела, и большая слеза упала на фарфор. — Синьор Копальди — дворянин и секретарь его серенити, дож даст мне приданое, и я стану фрейлиной во дворце.
— А что говорит на это твой парень?
— Джеронимо уговаривает меня бежать.
— А ты?
— Я не могу ослушаться родительского приказа.
— Значит, не любишь.
— Люблю.
— Значит, недостаточно.
— Больше жизни.
— Погодите, рагацце, — сказала синьорина Маламоко, прожевав. — Твой Джузеппе — кузнец и правая рука синьора Инкудине? И титул главы кузнечной гильдии перейдет к нему уже в начале следующего года?
— Джеронимо, — поправила Ангела. — Он станет главой после батюшки, мастера кузнечной гильдии отдадут голоса ему.
— Так зачем вам бежать?
— Это так мило, — вздохнула Маура, — синьор Джузеппе хочет бросить все ради любви.
— Джеронимо, — всхлипнула Ангела. — Из-за меня он превратится в изгнанника, бродячего мастерового. Все, чего я хочу, — побыть с ним еще немного. Его серенити обещал, что сегодня я стану свободной, нужда во мне отпадет, и я смогу вернуться к родителям до свадьбы.
— Ну так ступай домой, — разрешила Карла.
— И предложи своему Джузеппе тайное венчание, — улыбнулась Маура.
— Джеронимо.
— Не важно. Поженитесь — и поставьте синьора Инкудине перед фактом. Подозреваю, он предпочтет зятя главу гильдии зятю беглому бродяжке.
— Но синьор Копальди…
— Ему перестанет светить в качестве родственника при любом раскладе. Именно поэтому твоя свадьба должна быть тайной.
— Есть еще должность фрейлины, — напомнила Карла. — Может, наша Ангела не желает ее терять?
— Фрейлина? — фыркнула девушка. — Да лучше бегать босиком на раскаленной сковороде, чем жить во дворце.
— Ну вот мы все и решили, — подытожила Маура. — Мы с доной Маламоко подвезем тебя до площади Льва, там ты наймешь гондолу.
На скатерти появился бархатный кошель.
— Желаем тебе счастья с твоим Джеронимо, синьорина Инкудине.
Ангела уже открыла рот, чтоб поправить, и тут же его закрыла, осознав, что имя ее возлюбленного названо верно.
С тишайшей моей свекровью мы беседовали в капитанской каюте. Босые ноги ласкал ворс длинного ковра, зад награждал занозами дурно сколоченный деревянный табурет. Сама синьора Маддалена расположилась напротив меня в удобном кресле.
— Я по-настоящему рада, что вы оказались живы, — начала я, наплевав на протокол. — Знаете, Голубка начала мне нравиться, а подружиться с ней, зная, что она повинна в смерти матери Чезаре, я бы точно не смогла.
— Она вампир.
— Матушка, как раз это меня в ней невероятно привлекает. Познакомившись поближе с чудовищным князем Мадичи, я убедилась в вампирской верности данному слову. Гнездо экселленсе стоит на страже Аквадораты уже не одно людское поколение.
— Князь, — фыркнула свекровь, — твой трепетный возлюбленный.
— Видите? — Моей улыбкой можно было сахарить фрукты. — Вы ненавидите вампиров, но основываетесь на мнении, которое попыталась внушить вам одна из них. Паола… На самом деле ее зовут Зара. Умнейшая из знакомых мне женщин, хитрая, смелая. Я хочу, чтоб она была на нашей стороне.
— Шпионка султаната.
— Наемная. Понимаете? С Селимом Великолепным ее связывает контракт. Его можно разорвать, выплатить неустойку, договориться.
— Опять интриги?
— Политика состоит из них чуть менее чем полностью. Остальное — искусство окружать себя правильными людьми. Давайте попробуем привлечь к себе Зару? Разумеется, я не забыла, что она покушалась на вашу жизнь, но тогда давайте вспомним о тех ее соплеменниках, которых лишили их мертвых жизней вы.
— Вампира нельзя убить полностью.
— Вы об этом упоминали.
— Я еще ничего не решила.
— Ожидаю с почтением. До рассвета? Просто, понимаете, у меня сегодня выпускные экзамены, и мне не хотелось бы на них опаздывать.
— А ты бойкая.
Я хихикнула:
— И сильная, и плаваю как рыба. А еще неглупа, и, если дело обстоит так, как я предполагаю, смогу подарить вам нескольких рыжих либо черноволосых внуков с глазами цвета спокойного моря.
Синьора Муэрто помолчала, глядя на меня с недоверием. Наконец велела:
— Подай мне вина, там в шкафчике у стены бутыль и бокалы.
С табурета я поднялась, испытав облегчение.
— Позволите составить компанию?
— Какое вино, Филомена? У тебя же сегодня экзамен.
— Жажда. — Я наполнила бокал до краев и с поклоном протянула тишайшей свекрови.
Она приняла.
— Посмотри там же, в глубине стоит кувшин с лимонадом. Жажду он утоляет превосходно. И возьми нормальный стул, табурет я использую в качестве подпорки, когда отстегиваю деревянную ногу.
Я пододвинула поближе к собеседнице кресло с мягкой бархатной обивкой и села в него, предварительно расставив на столе емкости с напитками.
— Матушка превосходно держится. Если бы не мужской наряд, я не заметила бы вашу… кхм… недостачу.
