Ехать с караваном оказалось не так весело, как я себе это представляла. Мы тащились по обочине рядом с телегами, слушали байки возчиков, дышали дорожной пылью да иногда прижимались к самому краю, пропуская встречных курьеров или кареты.
После третьего или четвертого гонца, лорд Натан глубоко задумался, перебирая пальцами простые камушки, нанизанные на суровую нитку. Я такое приспособление видела впервые, вот и полюбопытствовала. Хранитель объяснил, что один из учителей в Академии учил их размышлять, перебирая крупные бусины, камушки или палочки.
– Каждая бусина – это событие или свершившийся факт. Так удобнее всего выстраивать логическую цепочку. В пути приходиться пользоваться камушками, собранными на нитку, и это тоже помогает обнаруживать нужные связи.
– Что же Вы сейчас обдумываете, наставник? – спросила я, именуя Хранителя согласно нашей легенде.
– Пытаюсь понять, как нас обнаружили так быстро и почему притащили пустошных гончих? Я не великий маг, владеющий темным даром, а для поиска людей в городе хватит обычных обученных ищеек.
Я покрутила в голове все, что знала и пожала плечами:
– Получается, кто-то узнал про Лапку. Наверняка, гончие натасканы сражаться пустошными псами, или хотя бы отвлекать их, пока хозяева стреляют из арбалетов, как на охоте.
– Узнать пустошного пса под личиной, невозможно, – качнул головой Хранитель, – а без ошейника он был только в доме леди Клариссы. Его видели только хозяева и служанка, которая подавала бульон.
– Значит, у нас трое подозреваемых, – вздохнула я.
Лорд Натан бросил на меня неприязненный взгляд:
– Я не верю, что Кларисса предала.
– Она, может, и нет, – рассудительно сказала я, а вот её муж вполне мог соблазниться обещанным вознаграждением.
– Почему не служанка? – поднял бровь мужчина.
– Вы думаете, простая служанка знает, где искать пустошных охотников? – ответила я такой же гримасой.
Хранитель хмуро кивнул.
– К тому же нас искали в городе, а все были уверены, что мы уехали. Почему искали в кольце стен?
– И почему? – кажется, лорда забавлял мой серьезный вид.
– Потому что тот, кто нас сдал, не знал, что мы остались. Он хотел заработать и потянуть время! – выпалила я.
– Очень может быть, – задумчиво произнёс лорд Натан, – и это означает, что у знакомых и родственников нас будут искать в первую очередь. В знакомые места отправляться нельзя.
Я в ответ только плечами пожала – об этом меня сразу предупреждали и мама, и отец. Правда, каждый из них предложил свои варианты на тот случай, если мне понадобится помощь. Мама научила обращаться с просьбами к лесным и луговым духам, а отец сообщил, что положил в каждый крупный банк страны деньги, условием получения которых будет мой фамильный медальон или моя магически заверенная подпись.
Мы мирно ехали почти до полудня, и, наконец, остановились на привал у небольшого, быстрого ручья. Возницы принялись кормить и поить коней, торговцы вынимали из узелков припасы. Я было потянулась к узелку с прикупленной снедью, но лорд сурово напомнил, что сначала нужно вычистить лошадей, принести им воды, и только потом вытягивать на вытоптанной траве усталые ноги.
Мужчины вокруг ухмылялись и поддакивали. Поморщившись, я занялась своей кобылкой, потом кое-как дотащила воду в кожаном ведёрке. Нести было не тяжело, но неудобно, и я наплескала ледяной воды в сапоги. Пришлось их стягивать и вешать сушиться на предусмотрительно воткнутые кем-то обломанные ветки. Роль племянника совершенно перестала меня забавлять, и я изо всех сил сдерживалась, чтобы не выразить своё недовольство неожиданным магическим сюрпризом. Наконец, Хранитель счел, что все сделано, как надо, и позволил развязать узелок с покупными пирогами. Тут-то нас и догнал Лапка.
Хорошо, что мы устроились на окраине стоянки, иначе последствия могли быть более катастрофичными. А так пес всего лишь опрокинул ведро с водой, перепрыгнул, спешно пригнувшегося возчика и напугал до мокрых штанов еще одного. Нам бы высказали все, что о нас думают, но Лапка, небрежно улыбнулся, скаля зубы, и все крикуны передумали возмущаться.
Лапка был перемазан в навозе, соломе, перьях и еще боги знают в чем, зато крепко сжимал в зубах палку. Трофей он сложил к моим ногам и радостно залаял, сообщая всем, какой он молодец. Пришлось тянуть «собачку» к ручью, чтобы отмыть, а потом еще и вознаграждать за терпение изрядным куском окорока. Заметивший это возница только хмыкнул:
– Ишь, расточители! Собаку мясом кормить – только портить! Пусть бы сам охотился, да и вам приварок был бы.
Я оценила размеры Лапки, потом наши припасы и поняла, что старик прав. Я, конечно, могу создать хоть десяток окороков, но в обозе, где все на виду, немедля возникнут вопросы – откуда мясо? А вот если окружающие будут уверены, что это результат охоты нашего пса, жить станет проще.
– Песя, Лапа, а сбегай на охоту? – залебезила я, поглаживая с виду короткую и жесткую, а на деле мягкую и пушистую шерсть. – Зайца там принеси, или покрупнее кого, а мы тебя вечером угостим вкусненьким. Ты же любишь вареное мясо?
