– Ну же, Ирвин, неужели ты собирался держать малышку при себе всю жизнь? – в голосе говорящего слышалась легкая насмешка. – Дочери всегда уходят – кто замуж, кто в монастырь. К тому же, у тебя остается младшая, ей сможешь выбрать мужа сам.
Фа ощутила волну недовольства, идущую от отца, и поежилась. Ее желание стать супругой лорда Натана на миг показалось ей смешным и наивным. Кто она такая, чтобы рушить планы сильных мира сего? Но тут Лапка ткнул ее носом, выпрашивая добавку, она одним пассом создала ему любимый окорок и тут же тряхнула головой – нет уж, она будет сопротивляться до последнего! Она сама видела, как единственный камушек, попавший в колесо, ломает всю телегу. Она станет таким камушком и найдет своего Хранителя! – мысленно произнеся эти слова, как клятву, Фарина распахнула дверь и шагнула вперед:
– Здравствуйте, Ваше Величество, – сказала она негромко, – рада видеть Вас!
Поездка с выпускниками магакадемии была не так легка и приятна, как с леди Фариной. Конечно, пропала нужда скрываться от стражи и королевской службы, но молодые маги то и дело влипали в неприятности. То перепили и разнесли таверну, то пришлось прятать одного из них от разъярённого мужа легкомысленной красотки, а другого обобрали местные воришки.
Ежедневно ругая юнцов за ужином, лорд Натан с тоской вспоминал девчонку, способную за себя постоять и всегда вовремя нырявшую ему за спину. И пса ему тоже не хватало. За годы скитаний у них с Лапкой появились свои мужские ритуалы, сигналы и даже совместные шутки. Например, когда леди Фа сердилась и обиженно надувала губы, они с псом переглядывались, и пустошное страшилище устраивало маааленькую провокацию. Ластясь и играя. Если это не помогало, пес начинал озорничать – ронял стопку посуды, вымытой после ужина, или корзину белья, приготовленного для стирки. Фарина сердилась, ругалась, кидала в виновника мокрое полотенце или свежесотворенный окорок, зато переставала дуться и вскоре вновь улыбалась, словно солнышко, выглянувшее из-за туч.
Задумавшись, Натан опустил поводья, а конь внезапно захрапел, встал на дыбы и сбросил расслабленного всадника. Лорд ударился о пыльную землю так, что воздух выбило из груди, а в затылке противно закололо, намекая на сотрясение. Рядом раздались звонкие голоса юных магов, треск молний и запах горелого. Когда бывший Хранитель открыл глаза, на обочине уже лежали полдюжины мужиков звероватого вида и бурчали проклятия сквозь кляпы.
Выпускники Академии столпились рядом. Медленно привстав, Натан оценил нападавших – косматые, страшные, одежда кое-где обгорела, но спиртным от них не пахнет и магических «поводков» нет.
– Кто такие? – хрипло спросил он, прикладывая к гудящей голове фляжку с водой, недавно набранной у колодца.
Историю ему поведали невеселую. Оказывается, напали на их маленький караван жители недавно сгоревшей деревеньки.
– Убивали уже? – хмуро уточнил лорд, кивнув тощему парнишке-менталисту, которого его товарищи уговорили взять с собой в нагрузку.
Менталисты в королевстве ценились, но этот парнишка учился на бытовика и диплом имел соответствующий, а небольшие способности развивал сам. Оценить приобретение лорд сумел, когда собирался в дорогу и позже, когда продал несколько бриллиантов столичным ювелирам. Тихоня Магнус сразу сказал, где их собираются надуть, а где готовы купить камни по приличной цене, ведь воплотительница умудрялась создавать «стекляшки» старинной огранки и безупречной чистоты.
Разбойники уверили лорда, что никого не убивали, и вообще на большую дорогу их заставила выйти нужда, да не простая. Осень была в разгаре, урожай собран не весь и пусть впроголодь, но жители сгоревшей деревушки могли продержаться зиму, кабы не владелец земель.
– Барон наш прискакал и давай дурниной орать, что, коли налоги не заплатим, житья он нам не даст, – самый мелкий из нападавших упорно смотрел в затоптанную траву, – а какие налоги? Нам бы избу хоть общинную поставить к зиме, да огороды обобрать, чтобы было чего в горшок кинуть.
Натан посматривал на менталиста, а тот тихонько кивал головой, подтверждая слова «разбойников». Сдавать мужиков барону не хотелось – запорет и опять налоги затребует, хотя по Королевскому уложению крестьянину-погорельцу, сохранившему дом, давалось три года без налогов, а в случае потери жилья – пять. Написать в столицу? Там пришлют депешу хозяину земель с наказом разобраться, и все будет так же.
– А много вас? – со вздохом спросил лорд.
– Так полсотни душ, – выдохнул крестьянин и добавил: старики да дети малые погибли у всех почти, «красный петух» ночью прилетел, еще десяток обгорелые лежат, барон лекаря своего не дал, а травница наша не всем помочь может.
– Так, – Натан встал, опираясь на одного из молодых магов, мысленно себя обругал – вот зачем ему это надо? Потом повел плечом: – поедете со мной на новые земли?
– Куда? – хором спросили мужики.
– Король мне пожаловал земли и титул. Жилья там нет, но по Королевскому уложению крестьяне, осваивающие новые земли десять лет налоги не платят, а едой на первую зиму я вас обеспечу.
