— Не ты один, Док. Сложно сохранить сухими штаны, когда в тебя попадает выстрел тяжёлого бластера. Мы же не знали, как медальоны Безымянного работают. Я вот в штаны наложил, — разоткровенничался парень из пятнашки.
— Что-то не заметно.
— А мне отец наказ дал, чтоб в первом бою подгузник одел.
В этот раз ржали уже все.
— Ладно, я на связь с базой. Прошу тишины.
Проверив сканером обстановку, Клув заметил небольшой отряд человек на удалении в сутки пути со стороны, откуда пришли богомолы.
— Может, кто из сорок восьмой удрать умудрился, — поделился он с капралом и активировал канал связи.
— Одиннадцатый вызывает базу.
— База слушает.
— Противник уничтожен, потерь не имеем. Нам бы еды подкинуть как-нибудь.
— Понял тебя, одиннадцатый. Доклад передам по инстанции.
— Конец связи.
Долр полковник, разрешите доложить.
— Докладывайте капрал.
— Сегодня в девять утра была передана задача развед группам одиннадцать и пятнадцать прибыть в точку П-42 на соединение с сорок восьмым и поступить в его распоряжение. В половину первого дня группы вышли на связь и доложили о прибытии. К этому моменту связи с сорок восьмым не было, и им было передано в соответствии с инструкцией дожидаться три часа и доложить по прошествии оных. Через полчаса одиннадцатый доложил о приближении противника в количестве шести сотен пехоты и сотни танков. Командир одиннадцатых сказал, что принимают бой.
— Отчаянные парни. — Резюмировал полковник.
— Через полчаса одиннадцатый вышел на связь и доложил, что противник уничтожен, потерь нет и просит еду.
Полковник онемел на долгую минуту.
— Передайте четвертому подвезти на точку П-42 продовольствие и на месте посмотреть, что там и как.
— Слушаюсь.
Гравилёт появился через три часа и, сделав пару кругов над полем боя, опустился в центр круга обороны. Солдаты дружно построились, а Алексей просто отошёл в сторону.
Из гравилёта вышел офицер и пара солдат.
— Равняйсь! Смирно! Долр капитан, разведгруппы одиннадцать и пятнадцать удерживаем высоту в точке П-42. В результате боестолкновения превосходящие силы противника были уничтожены. Потерь в группах нет. Доложил сержант одиннадцать Клув.
— Вольно.
— Вольно.
— Ну и накрошили вы их тут, сержант.
— Выбора не было. Пришлось крошить.
— Смотрю, практически в упор бились.
— Не то слово. Штаны до сих пор у некоторых подсыхают.
— Но справились же!
— Если честно, то лишь благодаря чуду.
— А это кто у вас вне строя?
— А это и есть «чудо», и зовут его Безымянный.
— И в чём чудо?
— Нашли его мы на точке О-40. Думали, что труп, поскольку вся одежда на нём была рваная и настолько пропитана кровью, что диагноз сомнения не вызывал. И вот через несколько минут это труп встаёт и, уточнив, не помешает ли нам, начинает мыться из фляги и переодеваться в чистое. Причём воды вылилось из этой обычной фляги с половину ванной, а фляга осталось полной. Спросил он, с кем воюем, я ответил. Потом он из своего на вид пустого рюкзака достал нам всем мясных консервов, на малышей по паре банок, а на зелёных по четыре. Опять же оттуда же извлёк самозарядное пороховое ружьё и всю амуницию и ещё нас вооружил для ближнего боя, — Клув показал на меч и при немом вопросе активировал его.
— Шустрые богомолы больно. Вот, почти в упор и пришлось биться.
— Дальше?
— А дальше он выдал капралу коммуникатор, в котором функций от телефона и рации до сканера разведки на дальность в сто пятьдесят ле с возможностью увеличения масштаба, что время на наручных часах посмотреть можно на максимальном удалении. Пришли мы на точку, и, узнав информацию о противнике, он за пару минут создал вот этот окоп для круговой обороны и снова накормил уже два десятка солдат и вооружил для ближнего боя и второй десяток. А потом был бой, и он выбил все танки из порохового ружья.
— Хм. Невероятно, дальше что.
— А то, что мы всех богомолов за семнадцать минут покрошили, и причём в основном выданным им оружием, поскольку наше оказалось малоэффективным и на его долю пришлось не больше половины процента нанесённого противнику урона. Но самое главное — вот, — Клув достал медальон. — Индивидуальный генератор защитного поля.
— Да ладно! — не поверил капитан.
— Ну, мы же все живы, а мокрые штаны не в счёт.
— Да, не поспоришь. Да, кстати, пусть продукты выгрузят.
Капитан постоял молча и поразмышлял, пока сержант команду на выгрузку харчей отдал.
— А откуда он взялся?
— Говорит, что с неба упал и помнит, как последние сто метров до земли летел. Вот и валялся на кирпичах поломанной куклой. Док сомневается, а я вот ему верю. Уж слишком всё вокруг него необычно. Видно, что парень воевал, а когда спросили про размер личного кладбища говорит, что маленькое, тысяч на триста-триста пятьдесят. И, если судить по эффективности вооружения, то у меня сомнений нет, что это правда.
— Вот что, сержант. Я твой рассказ передам по инстанции, а вы с ним нормальные отношения поддерживайте. Может, что полезное вскроется для нас. Ну, ты понял.
— Да, не глупей лягушки. Тут ему и так уже все в рот заглядывают, а когда он в рюкзак лезет, то как дети малые все ждут чуда, а лучше подарков.
