Именно поэтому вместе с представителями Великих семей в храмовый комплекс прибыли другие студенты и наёмники для ускорения всех работ. Впрочем, на мне это практически не отразилось. Даже с учётом новых лиц я всё ещё был вынужден очищать от защитных печатей не больше одного храма или павильона в день, а после был свободен. Причиной этому стали изменения в поисках артефактов.
Студенты и наёмники несли в лагерь всё, что плохо лежало. Доходило даже до того, что в некоторых храмах срывали каменную плитку, если она реагировала на магию. Или на неё указывал кто-то из студентов или наёмников с чувствительностью к природной энергии. А такие были, вспомнить хотя бы клуб боевых искусств Первого магического университета и его членов. Тот же Костя или Зинаида, будучи главой клуба и самым сильным практиком в нём, вполне была способна почувствовать природную энергию вокруг.
Обитель, о которой говорил призрак, была обнаружена в тот же день, как я передал сведения о ней. Но из-за того, что её защищали куда более основательные защитные печати мы вместе с руководством экспедиции решили оставить её напоследок. И, кстати, именно на территории Обители, оказавшейся удивительно небольшой, я почувствовал то, что уже давно искал здесь. Изменчивый металл — крайне редкий ресурс, который я уже давно ощутил где-то в этой местности, но только сейчас у меня получилось разобраться, где он находится. Осталось дело за малым: опередить поисковые группы и забрать его из Обители. Ну, с этим, я полагаю, у меня проблем не будет.
Что же касается потерь со стороны экспедиции, то всё оказалось куда лучше, чем мне виделось первоначально. Больше всего досталось группам разведчиков и наёмников. Особенно первым. Находясь в глубине храмового комплекса вдалеке от основных сил, у них было не так много шансов. То же самое касалось и наёмников, патрулирующих очищенную от печатей территорию. Что же касается студентов, то там, за исключением пары без вести пропавших бедолаг, обошлось без смертей. То решение спрятаться в одном из уже очищенных храмов оказалось самым верным.
Что же до меня, то после памятного сражения с тёмным я сосредоточился на собственных тренировках. В храме Меча имелось множество тренировочных площадок разных размеров, а в центральной части постамент с воткнутым клинком давал мне достаточно пищи для размышлений в познании законов меча.
Дни складывались в недели, а те, в свою очередь, превращались в месяца. Постепенно на карте храмового комплекса становилось всё больше исследованных мест. Каждые две недели нам давали возможность вернуться в пояс на три дня. Не так уж и много, чтобы отдохнуть, но большего я добиться от руководства не смог. Слишком уж многое в экспедиции было завязано на мне.
Приятно удивил Макс. В один из выходных дней, когда я смог ненадолго вернуться в пояс, он показал мне свой прогресс, продемонстрировав полноценный уровень «укрепления тела». Этот малый этап оказался освоен им за рекордную для обычного человека скорость. И он уже приступил к укреплению собственного духа. Сейчас, когда я смотрел на него, уже мало что напоминало о его избыточном весе. Он смог привести себя в форму, превратившись в подтянутого молодого человека с широкими плечами. Не изменилось только его лицо, всё такое же круглое и розовощёкое.
Конечно, в плане скорости развития Максу всё ещё было далеко до той же Марии или Елены, но нужно понимать, что их уровень подготовки изначально был на голову выше, и они, по сути, почти ничего не делали.
Впрочем, я всё ещё сомневался, что у моего друга получится также быстро разобраться и с «укреплением духа», для этого мало просто упорства или стараний. Тут требовалось понимание собственного внутреннего мира, а с этим, традиционно, мало у кого всё хорошо. В любом случае я передал Максу специальную дыхательную технику, которая должна была облегчить ему понимание малого этапа, и объяснил суть того, что от него требовалось.
Находясь в уже ставшим для нас привычном месте встречи — кафе возле Первого магического, я почти три часа потратил в тот вечер лишь на то, чтобы объяснить другу всё максимально простым языком. Зато был уверен, что Макс не напортачит. Наверное.
Мои подопечные в приюте тоже не стояли на месте и хоть их успехи были послабее, чем у Макса, но всё равно. Ребята и девчата сильно старались, пытаясь всеми возможными способами заработать себе возможность избежать незавидной судьбы работников шахт за пределами пояса. Несмотря на юный возраст, они казались мне удивительно зрелыми. А в их глазах я часто видел какую-то странную, щемящую грусть, значение которой мне было не до конца понятно.
