Звери встали на месте. Голова сильно кружилась, и Тира еле стояла на ногах. Во рту отдавался привкус крови. Утерев губы, она стащила с седла охотницу. Тандрия была бледной и холодной. Ее сердце билось очень медленно, а кровь из раны сочилась тонким ручейком. Тира осторожно уложила ее на траву.
В тумане она мало что разбирала, но воду учуяла, и не болотную. Не вдалеке находилось озеро, и она, шатаясь, пошла к нему. На ее поясе болталась чудом уцелевшая фляжка. В нее она и набрала воды.
Тандрия лежала не шевелясь. Даже когда Тира стала промывать ее рану, эльфийка не дрогнула. Приоткрыв ее веки, драконица увидела ее закатившиеся глаза.
— Плохо… — проговорила она, и потащила ее к озеру.
Умыв ее лицо, Тира принялась хлестать ее по щекам, пока та не застонала. Навыками исцеления, драконица не владела, а владея магией, она не могла ее согреть своими силами. Рядом топтались гидралы, урчанием напоминая о своем голоде, и Тире пришлось их отпустить. Сейчас ее больше занимала Тандрия. Избавив ее от грязной, окровавленной одежды, она целиком окунула эльфийку в воду, а затем, плюнув на всю скрытность, развела небольшой огонек.
От тепла, Тандрия все же пришла в себя. Рана на плече жутко ныла. Сама она лежала у костра. Ее одежда, порванная в нескольких местах, оказалась чистой и сухой. Чуть поодаль, она увидела и Тиру.
— Очнулась? — тихо осведомилась та.
— Выжили…где мы? — Тандрия хотела встать, но боль не дала.
В глазах потемнело, и эльфийка опустилась на место.
— Я обратилась драконом. Только это верный знак для Аргелора. Так и мы и спаслись. А где мы, я не знаю, — ответила Тира. — Скажи, каких трав собрать? Тебя надо лечить.
— Ищи мох, серый… — Тандрия перевернулась на спину. — Его надо растереть вместе с огненной травой. По части целительства, толку от тебя мало конечно. Ты и о себе бы подумала.
Она обвела взглядом лицо своей спутницы и спасительницы. Тира тоже была бледна. Свою боль она скрывала. После битвы ныло все тело. От мечей, хоть те и не поранили кожу, остались багровые рассечены. Но для начала, драконица собрала все нужное для охотницы, и получившимся порошком смазала той рану. Тандрия зашипела сквозь зубы.
— Больно? — спросила Тира, стараясь действовать осторожно.
— Терпимо. Делай, — процедила та.
Рана кровоточила и порошок быстро смешался с кровью. Травы начали действовать, и рана будто вспыхнула огнем. Эльфийка застонала, а после закусила губу. Когда боль ослабла, она тяжело задышала и откинулась на спину.
— Тебе надо отдохнуть, — сказала Тира.
— Ничего. Теперь быстро все заживет, — процедила та. — Иди, окунись в воду. От тебя за милю несет кровью. Запах дракона крепче моего. А я…я посплю…
С этими словами она заснула. Ее плечо чуть подергивалось, но рана уже не выглядела такой страшной. Осмотрев ее еще раз, Тира отправилась к озеру.
Там, сбросив с себя одежду, она глянула на отражение. Следов на теле от мечей осталось много, да и синяков тоже. Ее волосы слиплись от крови. Когда она вошла в воду, то холод заглушил нытье боли, и Тира, окунувшись с головой, поплыла. Сильное тело скользило в воде без препятствий. Доплыв до середины, она вернулась обратно. Своя горячая кровь грела ее лучше костра. Усевшись на берегу, она привела в порядок одежду, и уже разогнувшись, почувствовала чей-то взгляд.
Нагая, она встала в полный рост. Ее ноздри чуяли чужой запах, запах дичалых. Быстро глянув на спящую Тандрию, она прибегла к магии.
— Ну же… — она попыталась натянуть призрачный лук.
Он возник и сорвался. Драконица пыталась снова и снова, пока оружие не появилось в должном виде. Натянув его тугую тетиву, она замерла. Мышцы напряглись до предела. Длинная стрела лежала прямо, и чуть отсвечивала серебром, отражаясь в глазах Тиры. Драконица сделала шаг, осматривая лес. Запах доносился слабый и все усиливался. Кто-то из дичалых шел по их следу. Но одевание времени не было. Тира обратилась в слух, а после увидела мелькнувшую фигуру. Миг и стрела отправилась в полет. Со свистом взрезая воздух и достигла цели. Из леса вывалился дичалый, раненный, с искаженный лицом, на котором плясала злоба. Вторая стрела довершила свое дело.
— Тандрия! — Тира, натянув на себя мокрую одежду, принялась будить эльфийку. — Проснись, Тандрия!
Открыв глаза, та застонала. Трава хмелила ее, и она вновь заснула. Проскрипев зубами, драконица кликнула гидралов, и тут же позавидовала им.
Звери были сыты. От них пахло добычей, а Тиру терзал голод. Однако запах дичалых подгонял, и она вскочила в седло, усадив Тандрию впереди себя.
— Вперед! — скомандовала она.
Звери послушно понеслись размашистыми прыжками. Тира еще не знала, насколько долгой будет эта скачка. Запах брал ее в кольцо, и из него ей надо было выбраться. С раненой Тандрией это оказалось нелегко. Меняя гидралов, Тира мчалась, не разбирая дороги и леса, стремясь вырваться из окружения.
