— Не было. Просто один раз попалось, что есть три непростительных заклинания и всё.
— Вот как… Нет, это немного не то. О непростительных мы позже поговорим, хотя их тоже нельзя использовать невербально. Честно говоря, я, хоть и знаю их, но мало использовал. Они не очень удобны.
— Правда? А почему?
— Вот твоё любопытство неумеренное. Ладно. Их три, как ты верно подметила. Первое – Империус – это заклятие подчинения. То есть, если его наложить на кого, то человек будет полностью в твоей воле, можешь приказать ему делать всё, что хочешь. Смысла в нём для меня, как боевика, никакого. Кого мне в бою подчинять и зачем? К тому же, его можно сбросить. Я же воевал не против обывателей, а против подготовленных боевых магов, которых Империус просто не возьмёт. Я точно так же его легко сброшу. Второе – Круциатус – заклятие боли. Даже для палача не очень годится, скорее какому-нибудь садисту. Да, оно причиняет очень сильную боль, но всё равно выдержать его можно. Или сойти с ума, если его применять долго, только зачем мне мог бы понадобиться сумасшедший пленный? Так что оно подходит для запугивания обывателей, но, опять-таки, бесполезно против боевиков. Третье – Авада Кедавра – это так называемое смертельное проклятие. Плюс его в том, что от него не спасают никакие магические щиты. Можно только уклониться или что-либо поставить между собой и проклятьем…
— А-а-а-а! Вспомнила! В одной книге была написано, что против Гарри Поттера было применено непростительное смертельное заклинание и не убило его. Потому мальчика и назвали тем, кто выжил.
— Я тоже читал эту сказку. Так вот, выжить после авады невозможно. Там либо применяли не её, либо были ещё какие-то факторы. Как я уже говорил, возможно мать мальчика провела какой-нибудь ритуал, самое логичное объяснение. Но что-либо сказать точнее нельзя, не хватает данных.
— Но ведь в книгах написано…
— Гермиона, авторы тех книг видели сами, что произошло в доме?
— Э-э… Наверное, нет.
— Тогда откуда они знают, что там было? Нет, что аваду применяли — это ясно, она после себя оставляет магические следы, которые можно прочитать. Собственно, специалисты могут, прочитав остаточные следы, разобраться кто и что применял… ну, почти точно. А вот следы ритуала, после его срабатывания, уже не найти. Так что всё, что маги могут знать — те заклинания, что были произнесены. А вот куда они попали, что происходило… Тут могут рассказать только очевидцы, но вряд ли годовалый ребёнок смог бы хоть что-то запомнить. Потому я и говорю, что те книги — сказки. Маги создали удобную для них легенду и сами в неё поверили.
— Почему?
— Почему? Потому, что иначе им придётся расписаться в собственной никчёмности. Страшный лорд Волдеморт в течении десяти лет терроризировал всю магическую Британию, от его руки пало столько сильных магов… И тут его прихлопнула какая-то магглорожденная ведьма, а всё министерство со всем Авроратом ничего сделать не могли. Конечно, им проще поверить в избранного, наградив его звучным именем Мальчик-который-выжил, и сочинить сказку, что об его особенность убился сам лорд Волдеморт. Проще поверить в чью-то избранность, чем в собственное ничтожество.
— Мне кажется, вы не очень хорошо относитесь к магам, учитель.
— К вашим магам. А как мне к ним относиться, если они десять лет позволяли себя убивать? Думаешь этих пожирателей было много? Человек шестьсот на пике их могущества. А против них выступало несколько десятков тысяч магов. Не становись бараном и не позволяй себя стричь. А так… Я уже давно склоняюсь к мысли, что такой, как лорд Волдеморт, был необходим Англии. Он хоть встряхнул это болото… Впрочем, — сообразив, что говорит явно не то, что нужно восьмилетней девочке, маг тут же исправился, — я этого лорда ничуть не оправдываю, под конец он совсем свихнулся, даже о декларируемых изначально целях забыл. А уж убивать магглорожденных… это ж великого ума надо быть, чтобы уничтожать тех, кто обеспечивает замкнутое общество свежей кровью. Впрочем, мы отвлеклись…
— Мистер Кливен! Ещё вопрос.
— Господи… Гермиона, твоё любопытство… хотя… может это и хорошо. Спрашивай.
— Почему третье непростительное не подходит вам, как боевику? Вы сами сказали, что ни одно вам не подходит.
— Потому что сильно длинное. Пока произнесёшь, даже хромой инвалид успеет убежать и спрятаться. К тому же, на войне идиоты, которые стоят в полный рост и сыпят заклинаниями направо и налево, погибают первыми. Умные люди действуют из укрытий, за которыми авадой достать их не так-то просто.
— Тогда почему они непростительные, если они не очень практичные?
