– Мистер Кливен, но чтобы сделать такое, этот кто-то должен хорошо меня знать… — Под насмешливым взглядом учителя Гермиона поникла. — Да, Шарх говорил, что узнавал обо мне… вы наняли его моим охранником? Этого человека?
– Он заключил магический контракт. Он физически не может причинить тебе вреда… если только ты не будешь нападать на него с целью убить. А охрана, как показал сегодняшний случай, тебе не помешает. Что я говорил по поводу того, где можно гулять?
– Но… да…
– Что-то хочешь сказать?
Девочка совсем сникла.
– Прошу прощения…
– Гермиона, если собираешься нарушать приказы, сначала разберись стоит ли оно того, а если стоит подумай над тем, с чем можно столкнуться, когда приказ нарушишь и будь к этому готовой.
– Это как? Стоп! Подождите… вы сейчас ругаете меня не за то, что я нарушила ваш приказ, а за то, что я не подготовилась к возможным последствиям?
– Верно. У тебя была все информация о том месте, куда ты собиралась. Я рассказывал о Лютном, когда мы туда шли. Предположить, что там возможны нападения на одинокого человека, тем более маленькую девочку было не трудно. Какие меры ты предприняла, чтобы в случае очень вероятного нападения спастись?
– Я… я…
– Забыла даже о портале? Это та самая умная девочка, которая уже года на два опережает класс по математике, самостоятельно строит модели заклинаний, с великолепной памятью…
– Мистер Кливен! Ну вы же сами говорили, что знания не равны уму…
– О! Наконец ты это признала, не прошло и двух лет.
Девочка всхлипнула, но тут же попыталась замаскировать слезы кашлем. Впрочем, безуспешно. Мистер Кливен подозвал ее, Гермиона ослушаться не решилась и осторожно подошла, тщательно пряча лицо. Учитель вздохнул, поставил девочку перед собой, достал платок и стал вытирать лицо.
– Вот только слез не надо, хорошо? Поверь мне, с умом у тебя все в порядке, тебе не хватает опыта. Вот мы и подошли к следующему пункту — я говорю о семье Шарха. Что можешь сказать?
– Ужасно! Я не представляю, как они могут так жить?
– Думаешь, в обычном мире такого нет?
– Э-э… я… не уверена…
– То есть не знаешь. Твой жизненный опыт ограничивается школой, семьей и моим домом.
– О чем вы?
– Скажи, что ты хотела мне сказать, когда вернулась? Даже в книжный не зашла.
– В книж… Я не об этом… Я хотела спросить, можно ли им как-нибудь помочь?
– Кому? Всем в Яме? Только изменив человечество.
– Нет… это я понимаю. Я говорю про Майкла и остальных… он говорил, что маглорожденные отняли их места… если бы не они… то есть не мы, то стипендия досталась бы неимущим…
– Ты в самом деле так думаешь?
– То есть?
– Всерьез полагаешь, что у министерства нет денег, чтобы обеспечить стипендией всех детей из Ямы и ей подобных мест? Магическая Англия не очень большая, таких мест вряд ли больше трех. В каждом сколько может быть детей? Человек сто, не больше.
– Но тогда почему…
– Почему не выделяется стипендия? Не знаю. Значит, министерство, точнее те, кто определяет политику магической страны считают, что так им выгодно по какой-то причине. Почему так, не спрашивай, меня никогда не интересовала политика, тем более политика магической Англии. Если захочешь, сама разберешься… позже… когда подрастешь.
– А предположения?
– Какая же ты упрямая… и умеешь настаивать на своем. И не всегда это качество положительное. Умей вовремя останавливать свое любопытство. Ладно, выскажу те, что пришли в голову. Первое, так привязывают магов к великим родам…
– Привязывают?
– Предположим, ты беден, у тебя нет денег учиться в Хогвартсе, а без образования ничего не добиться. Единственный шанс — найти спонсора среди богатых родов… в обмен на вхождение в род… если маг их заинтересует.
– А почему так с маглорожденными не делают?
– Потому что у них есть выбор. В Хогвартсе, насколько я слышал, нет предметов по обычным наукам, за семь лет учебы маглрожденный вливается в магический мир и отрывается от обычного. Но для того, чтобы это произошло, он должен в этот мир влиться. Если бы им не давали стипендию, то они могли бы остаться магловском мире. У магов, которые ничего об обычном мире не знают, такого выбора нет.
– Но… разве недавно не шла война за то, чтобы убрать маглорожденных?
– Как я говорил, с той войной еще надо разбираться. Изначально такой цели Темный Лорд не ставил. Это позднее он стал более радикальным. К тому же такие законы намного старше и Волдеморта и даже Гриндевальда. И, не забывай, я высказываю предположение, в него вовсе не обязательно верить, я могу и ошибиться. Второе предположение, всем просто все равно, а маглорожденным давали стипендию по традиции, еще когда они находились под патронажем чистокровных родов.
Девочка задумалась.
– Первое предположение мне кажется более логичным.
– Неважно, — отмахнулся мистер Кливен. — При желании можно выдумать еще три причины и они будут более логичными. Без знаний и анализа ситуации все равно ничего сказать нельзя. Так значит, ты хочешь помочь им? А почему?
– Ну… не знаю… мне просто жалко их стало…
– И все? Тогда нет.
– Что? Но почему?!
– Потому что ты жалостью не поможешь, а оскорбишь. Жалостью никому не поможешь. Как ты хотела помочь?
