С моей руки немедленно сдирают терком, не щадя кожу.
Кажется, пришло время воспользоваться Т-каналом.
"Предок! Предок!"
"Храни тебя Первый".
"Меня захватили неизвестные, четверо, тащат в лес".
"Нужна помощь?"
"Справлюсь сам".
"Сообщи, когда все закончится".
"Храни тебя Первый",
"И тебя храни".
Меня по-прежнему куда-то несут. Встреча на дороге - явно не случайна. Меня вычислили и вели. Это или уставовщики виртаина выследили наконец своего главного врага, или сатанисты, которые во время последней операции отметили меня в вирте закладкой, а потом отыскали в реале. Придется их уничтожить - в пределах самообороны и в обеспечение охраны тайны Функции. Они ведь, вполне возможно, знают реал-адрес моего предка и даже то, что он связан со мною, шерифом Винтерпола. Для полного забывания этой информации стандартных методов воздействия недостаточно. Нужны более надежные средства.
Самое надежное средство от излишних знаний - смерть.
А может, они знают теперь не только адрес предка, но и кто он такой на самом деле?
От этой мысли мне хочется стать маленьким лесным болотцем, мимо которого меня сейчас как раз проносят, бесчувственным и равнодушным ко всему болотцем, неуязвимым и почти вечным.
Единственный выход из сложившейся ситуации - уничтожить напавших на меня идиотов.
Наконец меня бросают на землю, лицом вниз.
- Азазелло, мы захватили его! - рапортует один из захватчиков.
Что отвечает главарю Азазелло, я не слышу. Меня переворачивают лицом вверх. Двое крепко держат меня за руки, третий навалился на ноги, четвертый видимо, главарь, - наводит на меня объектив микрокамеры своего теркома.
Я отчетливо вижу птицу, бесшумно кружащую над самыми верхушками деревьев. Лежать бы сейчас вот так на спине, бездумно глядя в голубое небо, слушать шум деревьев и ни о чем, совершенно ни о чем не думать...
Говорят, перед смертью человек резко меняет шкалу ценностей, начинает дорожить - очень недолго - именно тем, чем и нужно было дорожить всю жизнь, возможностью чувствовать себя частью природы, ее неотделимой частицей, и ненадолго достигает гармонии между собой, другими людьми и миром.
Неужели пришел мой смертный час?
Улыбнувшись собственной шутке, я жалею, что ее некому оценить.
-Он? - спрашивает главарь. Что ему отвечают, мне не слышно, но, видимо, результат идентификации положителен. - Качай первую половину!
Наступает небольшая пауза. Главарь не сводит взгляда с экрана своего кома, его подручные вжимают меня в довольно-таки твердую землю, поросшую редкой желтеющей травой.
- Он. Кончай его, ребята! - командует главарь через пару минут, и в его руках появляется пистолет с глушителем.
- За что? - дергаюсь я под своими палачами, но держат меня цепко.
- За десять косых, - называет главарь цену и стреляет мне в лоб.
Что нужно делать в подобных случаях, я, конечно, знаю. В моем черепе появляется дырка, по ее краям выступает кровь и тоненькой струйкой стекает к виску, а потом на землю. Мои зрачки перестают сканировать окружающую реальность и застывают неподвижно, дыхание останавливается. Тело начинает медленно остывать. Часа через полтора оно закостенеет, но пока еще мягкое и подвижное.
Главарь снова направляет на меня объектив микрокамеры кома.
- Работа сделана. Качай вторую половину! - требует он. Через пару минут, убедившись, что деньги на его счет перечислены, он, тщательно обтерев пистолет и для верности обработав рукоятку в выставленном на максимум огоньке зажигалки, кладет оружие на землю.
- Пошли, ребята!
Мои убийцы поворачиваются и направляются в сторону не такого уж и далекого, судя по доносящемуся гулу, шоссе.
Я могу потратить на размышления лишь несколько секунд.
Меня кто-то заказал. Заказал через вирт, исполнители знают только ник заказчика - Азазелло. Но в таких случаях, во-первых, при разговоре в вирте все называют вымышленные имена, во-вторых, после выполнения заказа меняют свои виртуальные тела на другие. Искать заказчиков, конечно, можно, но совершенно бесполезно.
Однако у меня есть другая возможность, гораздо более эффективная.
Отерев со лба и виска кровь, но не трогая дырку в черепе, я встаю и быстро иду лесом вдоль тропинки, над которой меня пронесли. В моей правой руке зажат пистолет с глушителем, опрометчиво оставленный - спасибо американским боевикам! - рядом с трупом. Голоса становятся ближе, и я, круто забрав вправо, перехожу на бег. Пробежав метров тридцать, поворачиваю влево и выскакиваю на тропу. Голоса убийц совсем близко.
- Мы же договаривались, всем по две! - чуть не плачет один из них.
- За то, что пронес груз массой двадцать килограмм на расстояние пятьсот -метров - и две косых? Это если бы осложнения были, тогда да. А так... тебе даже пушку не пришлось вытаскивать!
- Ну и что? А риск?
- Да какой там риск? Прокатились с ветерком, побузили на дороге - вот и весь риск.
Увлеченные дележом гонорара, убийцы не сразу замечают меня. А когда замечают, останавливаются, все четверо, как вкопанные.
- Ты не прав, придурок! Риск всегда есть! - говорю я главарю.
