-- Ну, брал, а потом выложил. Так что, Санек, сгоняешь? Ты все равно ни черта не делаешь, а тут хоть какая-то польза будет.
-- Не царское это дело, -- поддержал товарища Каа. -- Он папе пожалуется, тот холопам прикажет, а они принесут.
-- Чтобы вас делом заставить заниматься мне папы не надо. Сам отшлепать смогу.
-- Ух, какие мы грозные! Тебя вчера Паук прилюдно рожей в навозе вывалял. Мало тебе?
Словесная перепалка довольно быстро приобрела всеобщий характер и в какой-то момент переросла в драку. Бригадир вмешался, но сделать по большому счету у него ничего не получалось. Вдруг гора затряслась. Послышался треск, шум падающих камней, крик, полный боли и отчаяния.
-- Пиксель! -- закричал Каа. -- Там Пиксель!
Склока моментально прекратилась. Все бросились к завалу. Только Санек остался у входа, зажимая разбитый нос.
Завал разбирали дружно, молча и сосредоточенно. Через полчаса работы услышали стоны и ругательства Пикселя.
-- Живой! -- радостно воскликнул Бригадир. -- Поднажмем. Жив он!
И они поднажали. К вечеру завал был полностью расчищен, раненого Пикселя вытащили из пещеры. Ему повезло. Кастрюля (
-- Закругляться надо, Бригадир, -- заявил Док. -- Дня через два край на сброску надо (прим.: Сброска -- возвращение на грешную землю после экспедиции, т.е. к людям).
-- Согласен, Док. Так и сделаем. Все свободны. По задачам. Сбор через час за столом. Будем решать, что дальше делать.
Разведя конфликтующие стороны, и нарезав каждому участок работ, Бригадир отправился искать Паука. Шел он с тяжелым сердцем. На душе скреблись кошки. Он их душил, как мог. Кошки орали, но не сдавались. В поисках истины он направился к Пауку. Он не мог рационально объяснить, почему он это делает, но что-то подталкивало его к сумасшедшему товарищу. Что-то внутри него говорило, что ответы на свои вопросы он должен искать в его бреднях.
Паука он нашел сразу за лагерем у большого валуна, на котором был выбит очередной сложный узор. Этот валун они обнаружили давно, когда только принимали решение о месте стоянки. Только рисунок тогда был почти не заметен. Теперь Паук его обновил, облагородил. Вообще все место выглядело по-другому. Николай расчистил от камней площадку вокруг валуна. Собранные камни сложил аккуратными пирамидками по границам зоны. На каждой пирамидке был нанесен какой-то свой знак. Все было выдержано в едином строгом мистическом стиле. Пахло глубокой стариной, тайной, магией.
-- Тебе тоже нравится? -- спросил Паук, не оборачиваясь. -- Печать Велеса (
-- Красиво, -- согласился Бригадир. -- Коля, объясни, что происходит, почему все как с цепи сорвались.
-- Уже началось?
-- Что началось?
-- Кинжал отдай.
-- Не отдам. Нет его у меня.
-- Врешь. Он с тобой.
-- Откуда знаешь?
-- Чую. Я же говорил, что он это я.
-- Ну, так ты скажешь, что происходит?
-- Я говорил уже, они проснулись, они голодны, хотят крови. Не надо было ходить к пещере. Там они сильнее. Драки были?
-- А ты откуда знаешь?
-- Значит были.
-- Да, -- нехотя согласился Бригадир. -- Санек с Глыбой друг другу носы поразбивали, да еще Боцман кого-то задел. Странно, три года таким составом ходим. Не то что драк, ссор даже не было. А тут...
-- Это Гончие. Они питаются страхом и ненавистью. Плавают в них как акулы в кровавой воде. А травмы, смерти были?
-- Типун тебе на язык во всю задницу. Даже думать так не моги. Хотя Пикселя завалило. Но он жив. Только нога сломана.
-- У тебя хорошая команда, Бригадир. Всего одна драка и даже убить никого не смогли. Они еще слабы. Уходить вам надо. Немедленно. Сегодня ночь Жнеца. Сегодня они заберут первую жертву.
-- Сегодня мы никуда не уйдем. Кто заберет? Кого? Как?
-- Зря. Завтра заберут всех остальных.
-- А ты? Ты то что не бежишь?
-- Тебя убьют, я заберу Кинжал. Он мой. Без него не уйду.
-- То есть нас убьют, а ты останешься?
-- Даже в этом теле и без Кинжала я продержусь дольше вас всех вместе взятых. А потом возьму Кинжал.
-- Да что ты заладил, кинжал, кинжал... Зачем он тебе?
-- С Кинжалом я загоню их обратно. Хотя с каждой минутой это сделать все труднее. Завтра может и не смогу уже, но шансы на выживание увеличиваются многократно.
-- Так значит с этим ножом и я смогу уйти?
-- Ты нет. Кинжал мой. В нем моя кровь, он тебя не послушает.
-- Кто они? Что хотят?