— Повторяю вопрос, для твоего же блага — в последний раз. Как твое имя? — Голос незнакомца оставался требовательным.
И Дак сдался, не стал противиться столь грозной просьбе — слишком уж были неприятны воспоминания о встрече с магом Апеллием. Подобного повторять не хотелось.
— Даккинз мое имя… Более известен как Дак Шустрый Ёж, — протянул вор, избегая взгляда вторженца.
— Хорошо, берите его, — скомандовал сероглазый, развернулся и зашагал по коридору. Стук его шагов эхом запрыгал по каменным стенам.
— Куда вы меня тащите? — возмутился Дак, стараясь вырваться из цепкой хватки, но ничего не выходило — типы, ухватившие его за плечи, были слишком крепко сложены, да и сил у изможденного вора хватало только на вздохи. Он лишь мог смотреть, как волокутся по полу его ноги.
— И не забудьте прихватить зверька, — послышался удаляющийся голос.
Что-то хлопнуло, и Дак услышал, как скрепит железо — кто-то ломал клетку Кортыша.
Проходя мимо камер, вор заметил, что двери во многие из них были распахнуты, на полу или на нарах лежали серые фигуры арестантов, распластавшихся в неестественных позах. То тут, то там валялись объемные тушки стражников с замершим недоумением на лицах. Видимо, непонятное ощущение, так запросто выбившее землю из-под ног и лишившее сил Дака, вышибло сознание и из них. Силы, тем не менее, возвращались к парню. Онемение в конечностях постепенно пропадало, ноги начали потихоньку ковылять, помогая крепышам волочить тяжелое тело.
Коридор петлял то налево, то направо, и вскоре они оказались в грязной темной комнате с длинными узкими скамейками. В центре зала располагалось два высоких пьедестала, на одном из которых возвышались величественные изваяния самых влиятельных Богоподобных Творцов, а на другом — троица богов Триединства: Аидор, Мидьева и Итхишор. Вор помнил это место, среди заключенных оно называлось Последним плачем. Тут осужденным давалась возможность помолиться в последний раз перед длительным заключением. Дак ухмыльнулся, вспоминая, как угрюмый стражник толкнул его к статуям, пытаясь убедить, что другого шанса замолить грехи ему никогда больше не выпадет. Вор тогда огрызнулся, ответив, что помолится в следующий раз и ни в коем случае не станет просить богов о лучшей участи в Низшем Мире для этого стражника. После этих слов надзиратель хорошенько врезал ему и поволок сразу в камеру.
Они миновали еще несколько коридоров и комнат, спустились по лестнице и вскоре подошли к массивным воротам — к долгожданному выходу из крепости.
За ними раздавался шум, мелькали тени. И это, надо признать, удивило сероглазого. Он резко сбавил шаг, жестом приказал остановиться остальным, прислушался.
— Сюда идет кто-то еще, — сказал он. — Их несколько.
Чуть приоткрытые доселе створки начали медленно отворяться. В проеме появилось несколько фигур: шестеро или семеро стражников в клепаных туниках и человек в длиннополой черной мантии.
— Это тюремный маг, — изрек сероглазый, повернулся к своим сподвижникам и быстро заговорил: — Уходите через крышу. С ним я справлюсь сам.
— Мы можем взять на себя стражу, — предложил один из людей незнакомца.
— Нет. Уходите. Не теряйте времени, — рявкнул тот, поворачиваясь к приближающимся стражникам.
В воздухе засвистели болты — защитники крепости стали стрелять на поражение. Одна из стрел пролетела в дюйме от плеча незнакомца, еще одна звякнула, ударившись о напольную плиту рядом с ногой Дака.
— Уходите, я сказал! Встретимся на крыше, — замахал руками сероглазый.
И его послушались. Поволокли вора обратно к лестнице, прикрываясь объемными черными плащами из удивительно прочного материала. При попадании болтов ткань не рвалась, а лишь немного проминалась, как от безобидного тычка пальцем.
— Кто ты такой? Как ты посмел забрать заключенных из моей крепости? Отсюда никто никогда не сбегал. И не сбежит сейчас! — раздавался разъяренный вопль человека в черной мантии.
Сероглазый тоже что-то сказал, но Дак не разобрал слов — он был уже далеко от места стычки. Лишь чувствовал, как по воздуху вновь разливается вибрация — между двумя магами разразилась нешуточная схватка. Что-то громыхнуло, потом зазвенело, раздались душераздирающие крики. Но вскоре вор вообще перестал слышать звуки битвы — его подняли почти на самый верх крепости. Впереди уже виднелся лаз на крышу.
— Эй, битюги, объясните, в конце концов, куда вы меня тащите? — в очередной раз решил попытать удачу вор.
— На волю, — коротко ответил один из немногословных людей сероглазого. И Дак с удивлением обнаружил, что не мог определить, кто именно из шестерых здоровенных детин ему ответил. Слишком уж они были друг на друга похожи — словно от одной матери. Высокие, широкоплечие, с хмурыми лицами и исполнительным взглядом. Словом, отборные бойцы.
