— Я так больше не могу! — в отчаянии прошептала я, встретившись с ним глазами. — В чём дело? — опешил он. — Я люблю тебя. По-настоящему. Всем сердцем! — Солнце моё, — он закатил глаза, — я думал, хотя бы ты понимаешь... — Да нет же, это ты не понял. Я вовсе не собиралась ни о чём просить. Просто хотела, чтобы ты знал о моей любви, прежде чем я... всё расскажу. — Расскажешь о чём?! — мужчина уставился на меня с подозрением. — Наше с тобой знакомство не было случайным, — еле слышно вымолвила я. — Меня к тебе подослали... — добавила ещё тише, затравленно глядя на него. ХЭ
— Не то чтобы мы видели раньше тебя самого, — ответил Морис. — Но кое-кого до жути на тебя похожего определённо знаем.
— Кого именно? — в глазах Джона засветился живейший интерес.
— Тебе бы волосы отрастить – и будет почти копия, — заметил Макс.
— Чья копия? О ком вы? — продолжал спрашивать Джон.
— Э, нет, так не пойдёт, — заявил Морис. — Сперва я хочу услышать, кто
— Как раз этого Джон вам сказать не может, — вступился за друга Вик, — потому что не помнит ничего из своего прошлого. Вернее, помнит последние десять лет. А вот дальше – абсолютный провал.
— Ну расскажи хотя бы об этих десяти годах, — потребовал Морис.
— Он очнулся в больнице, выйдя из комы, — продолжил говорить Вик вместо друга. — Начал там что-то не к месту болтать о магии...
— То есть про магию он помнил? — вставил Макс.
— Нет, не помнил. Просто была уверенность, что магия реальна, — пояснил Джон. — Врачи моего убеждения не разделяли. И в результате я загремел в психушку.
— Из-за одних лишь разговоров о магии?! — ужаснулся Дэн.
— Ну, я там ещё оборотней, вампиров упоминал... и что будто бы летать умею. В общем, для диагноза хватило.
— А я, кстати, оборотень, — доложил Макс. — И Рик со Стивом тоже. Хочешь, перекинемся?
— Дайте ему наконец рассказать, — оборвал его Морис. — Своей звериной ипостасью как-нибудь потом похвастаешься.
— Клыки Вика я уже видел, — сообщил Джон. — И оборотней в резервации. Так что теперь доподлинно знаю, что лечить меня было не от чего.
— Ты рассказ-то продолжай, — намекнул Морис.
— А, в общем-то, рассказывать больше и нечего. После того как сумел сбежать из психушки, мне помогли сделать документы – на имя Джона Уоррелла. Но своего настоящего имени я не знаю. Не знаю, где жил, чем занимался. Вообще ничего!
— Могу добавить, что у него просто фантастический магический потенциал, — опять заговорил Вик. — К сожалению, практически все свои былые умения Джон тоже забыл. Но я абсолютно уверен, что раньше он был действующим магом. Возможно, и пострадал именно от своих коллег.
— Джон, а в том, что ты умел летать, у тебя тоже была уверенность? — спросил Стив.
— Нет, — Джон мотнул головой. Как-то очень поспешно – словно отгоняя от себя навязчивую иллюзию.
— Да ты не шугайся – мы тебя психом не посчитаем, — с улыбкой пообещал Морис.
— Ладно, когда-то уверенность действительно была, — решился Джон поведать правду. — В психушке у меня истребили все уверенности. Но я до сих пор нередко вижу сны, в которых парю над землей, ощущаю за спиной крылья...
— Во снах ты наблюдаешь себя со стороны? — уточнил Рик.
— Нет. Это сны исключительно от первого лица.
— Десять лет назад ты вышел из комы. А сколько времени провёл без сознания? — спросил Морис.
— Тоже порядка десяти лет.
Вик вылупил на Джона глаза. Того, что тот пробыл в коме так долго, вампир никак не ожидал. Вопроса об этом он, правда, никогда не задавал, но почему-то был уверен, что от силы – несколько месяцев. Впрочем, остальные тоже были немало удивлены столь длительным сроком, на протяжении которого врачи поддерживали жизнедеятельность организма пациента, не ведая даже его имени. Вик, зная чуть больше других, заподозрил, что медикам просто очень хотелось выяснить причины, по которым неизвестный впал в состояние комы.
— Итак, маг фантастической силы, обладающий крыльями, лишившийся памяти, по сути, двадцать лет назад плюс столь очевидное внешнее сходство. Парни, вы верите, что всё это простое совпадение? — Морис посмотрел на друзей.
— Но Инри уверен, что он мёртв, — напомнил Дэн. — Даже видение получил, в котором ему отрубили голову.
— Да, отрубили голову... — задумчиво повторил Морис. — А вам не кажется...
— ...Что это беспамятство сродни отрубанию головы? — подхватил Макс. — По крайней мере, в качестве метафоры.
— Да, в качестве метафоры очень даже, — согласился Морис. — И не только. Прежняя личность Джона действительно мертва – ей именно что снесли голову.
— Выходит, видение Инри было несколько иносказательным? — заключил Дэн.
— Видения часто бывают именно такими, — поведал Стив.
— А кто такой этот Инри? — поспешил спросить Джон, пока тема снова не ушла в сторону.
— Очень может быть, что твой родной брат, — ответил Макс.
— Значит, это с ним мы так похожи?
— Инриливор. Ни о чём не говорит это имя? — попытался пробудить память бедолаги Морис.
— Инри. Инриливор, — повторил Джон. — Инри. Инри. Инриливор. Инри... — Он произнёс «Инри» ещё раз двадцать. — Да, что-то есть. Словно мгновенная вспышка!.. Но зацепиться за неё никак не могу.
— Может быть, тебе поможет имя Илзиливар? — сказал Рик. — Инри обычно сокращал его до Илзи.
— Илзи. Илзиливар. Илзи... — принялся теперь задумчиво повторять Джон. — Снова то же самое, — резюмировал он в итоге. — Неясный проблеск, а за ним опять чернота. Чьё это имя?
— Сам-то как думаешь? — ответил Морис вопросом на вопрос.
— Моё? — робко предположил Джон.
