- Если уйдешь - умрет Элайда!
- Отпусти ее, - взмолился Пант. Он выронил нож, упал на колени и зарыдал.
- Просто так не могу,- засмеялась Хашайя.- Ты должен заключить со мной сделку, мальчик, иначе любимой не увидишь.
- Какую?- Что он делает! Пантак! Нельзя поддаваться Хаосу. А бросить Элайду на погибель можно? Но вдруг н'удан лжет?
- Просто коснись своей порезанной ладонью крышки саркофага. Клянусь изначальным Хаосом, что не нарушу условия сделки. Обещаю, что твоя любовь останется жива и невредима, а ты скоро ее увидишь.
- Я согласен!- Пант поднялся с колен, подобрал оброненный нож и подбежал к саркофагу. Он положил руку на теплый камень.
- А теперь отойди,- приказала Хашайя. Юноша не стал перечить, он хотел как можно быстрее забрать отсюда Элайду. Он вернулся к входу в усыпальницу. Кровавый отпечаток его ладони резко выделялся на белом фоне крышки саркофага. Вдруг кровь словно впиталась в камень, а через мгновение крышка треснула и развалилась на две части, которые с грохотом рухнули на пол. Наконец, из своей вековой могилы восстала верная слуга Хаоса.
- О нет, пожалуйста, этого не может быть!- закричал Пантак. Перед ним была Элайда, его любимая. Ее волосы стали темными как ночь, но в остальном она не изменилась. Н'удан слегка расставила в стороны руки и вылетела из саркофага. Она опустилась рядом с Пантом. Все та же красивая босая женщина в черном шелковом платье. Только глаза ее теперь горели красным пламенем.
- Я обещала, что ты увидишь любимую живой и невредимой?- Хашайя захохотала, и в этом смехе нежности не было.- Я сдержала слово. И, пожалуй, даже оставлю тебя в живых. Ты в самом деле мне помог, мальчик, а я умею быть благодарной. И вряд ли ты кому расскажешь, что освободил прислужницу Хаоса, милый. Так что живи.
В следующую секунду Хашайя схватила Пантака за руку. Его пронзила дикая боль. Но здесь н'удан тоже не соврала. Юноша не умер. Они оказались снаружи пирамиды, на том самом месте, где горел костер. Но следов огня, конечно же, Пант не увидел. Все это было лишь иллюзией, как и любовь к Элайде. Чары Хаоса затуманили голову юноши. Уже рассвело. Пантак обратил внимание, что на одном гранитном блоке, лежит вся одежда, которую он приносил любимой. Тут же догнивала еда, и на глазах вяли цветы. Как же он был слеп все это время.
- Спасибо за заботу, мальчик,- сказала Хашайя.- Но нам пора прощаться.- Н'удан плавно оторвалась от земли и поплыла к вершине пирамиды. Пантак видел, как она встала там в полный рост. Слышал, как Хашайя выкрикивала незнакомые слова, размахивая руками, пока вдруг не взорвалась снопом искр.
Когда Пант вернулся домой, Ванш еще спал, как всегда еле слышно похрапывая. Пантак сел на свою кровать. Он обхватил голову руками. Что же я наделал! Что же я наделал... Простите меня, если сможете.
Дмитрий
Смотреть на себя в другом теле было чертовски странно. Я несколько раз моргнул, пытаясь сбросить наваждение, но в зеркале по-прежнему отражался другой человек. Может, я затылком хорошо ударился? Да, умеешь ты успокаивать, Дима. Выходит, что я не просто переместился из нашего мира в Энхор. Мой разум каким-то образом оказался в голове Аархина Маггорайхена, местного мага. Не знаю, чем это обернется в ближайшем будущем, но такое тело - не самый худший вариант. Я мог очнуться здесь пятилетним мальчишкой или пожилой женщиной, даже не буду предполагать, какая из этих альтернатив кошмарнее. А так я выглядел зрелым мужчиной с волевым подбородком, зелеными глазами и ровным носом. Губы, правда, были чересчур тонкими, да брови слегка повеселили пышностью - сам Леонид Ильич Брежнев позавидовал бы. Аархин очевидно следил за физическим состоянием своего тела, я ощупал себя и не нашел ни одной жировой складки, как и огромных мышц, впрочем, все в меру. Да и вряд ли н'шаст нуждался в большой силе, если владел магическими способностями. В сражении кулака и огненного шара, я сам поставлю на второе. Любопытство заставило меня оттянуть штаны. Ха-ха! Я мог гордиться, мой рекорд хозяин тела не побил.
Стоп. Если в этот мир попал только мой разум, что же произошло с моим настоящим телом? Вероятно, я все еще спал на кровати. Что случится, когда меня найдут? Не смогут растолкать? Или я открою глаза, а в них пустота? Твою мать, я живо представил Марину и своих родителей, которые обнаружили, что Дмитрий Ладыженский стал овощем! Зрелище совершенно неприятное, я едва не пустил слезу, а ведь не плакал со школы. Но кое-что я пропустил. Аархин, что с его разумом. Логично, что н'шаст просто-напросто поменялся телами со мной. Час от часу не легче! Начнет бродить по Земле и говорить, что явился из другого мира. Вспомнить о моем прошлом, естественно, не сможет, доктора скажут, что пациент свихнулся, и упекут в психушку. Нужно валить отсюда и не терять драгоценное время.
