Все сидели с серьезными лицами, обдумывая услышанное. И только Мансур собрался задать вопрос, как в дверь постучали, и в кабинет вошел Али-Рашид. Мужчина являлся дворецким в доме хранителей. Вся его семья, в свое время, служила королевской семье, но после переворотов лишь один остался верен королю. Он вместе с женой, были одними из тех немногих, кто поддержал нынешнего короля, и принимал активное участие в воспитании принцев.
Хранители относились к Али-Рашиду скорее, как к отцу, чем дворецкому, и много раз предлагали ему и его жене Зумруд, не заниматься делами, а просто жить с ними. Так как у пожилой пары не было детей, всю свою любовь и родительскую заботу они отдавали хранителям, считая своим долгом помогать, заботиться о них.
— Гости приехали. — сказал Али-Рашид, заходя в кабинет, и кивая им всем в знак приветствия. — За будущей невесткой и её родителями уже отправили.
— Спасибо дядя Али, — сказал Мансур вставая со своего места, и кивая старику. Все в этом доме называли пожилого мужчину так, дядя Али. И он так привык к этому, что не отзывался, когда звали полным именем.
Кивнув в ответ, показывая, что услышал короля, мужчина покинул кабинет, закрывая за собой дверь. Мансур обвел взглядом присутствующих мужчин и кивнул им на дверь. Все как по команде направились прочь из кабинета и отправились в гостиную к гостям. Они ожидали всего: слез, рыданий, смех или же гробовую тишину, но не те слова, что долетели до них.
— Они не мои родители.
Попасть в гостиную в доме хранителей можно было с двух сторон: первое с главного входа, чтоб гости, пройдя через холл, могли оказаться сразу же там, а второе со стороны коридора, ведущего к кабинету и библиотеке.
Так как все свое время король проводил в своем кабинете, а важные события, сборы или встречи гостей проводились в гостиной, при постройке дома было специально решено расположить эти два помещения так, чтоб с легкостью можно было попасть из одного места в другое.
Зайдя в гостиную, со стороны кабинета, они застали картину: братья и сестры Ади стояли недалеко от главного входа и с недоверием на лице смотрели на двух сестер, стоящих в центре зала. За спиной же Ади расположились родители и Самира, в шоке смотрящие на них. Мать Ади стояла, прижимая руки к губам и со стекающими по щекам слезами. А отец же не выражал никаких чувств, стоя рядом с женой. Лишь по сжатым кулакам можно было понять, что он не так безразличен, каким хочет показаться.
Увидев жену рядом с ними Саид двинулся в ту сторону и дойдя до девушки, не говоря ни слова встал между Самирой и родителями Ади, скрестив руки на груди.
— Что ты сказала? — недоуменно спросила Ади, не сводя взгляда с лица сестры.
— Я не знаю этих людей. — ответила та, смотря прямо перед собой. — Я сирота. У меня не может быть родителей, так что они ошибаются, принимая меня за свою дочь.
— Замолчи, — воскликнула Ади, дернувшись к сестре. А вместе с ней и все остальные. Все присутствующие сделали шаг в сторону двух сестер, даже сами не понимая того, что собирались сделать, но увидев, что Ади остановилась, последовали её примеру. Сделав глубокий вдох, и вроде как успокоившись, тихим голосом начала: — Послушай, я знаю ты не помнишь наших родителей, забыла о них много лет назад, но я-то помню. Я помнила о них всегда и никогда не забывала. Так что, прошу, поверь — они наши родители. Наши мама и папа.
— У меня никогда не было родителей. — четко произнесла Алекс, переводя взгляд на сестру. — И никогда не будет.
В следующую секунду раздался звук пощечины. Никто из присутствующих не понял, когда только Ади успела подлететь к сестре и влепить её.
— Что ты сказала? — спросила Ади тихим взбешенным голосом, не отводя взгляда от лица Алекс. На секундочку ей показалось, словно земля ушла из-под ног. Никогда в жизни Ади не ожидала услышать эти слова, тем более от родной сестры. Да она уже смирилась с её безразличием, с нежеланием говорить о родителях, с равнодушием, да в принципе ко всему, но только не с этими словами.
Как можно было сказать такое, да еще в присутствии родителей. В какой момент Алекс так сильно изменилась? Или это она упустила что-то из виду? Ведь не могла её маленькая сестренка произнести такие ужасные слова. А может быть Ади просто-напросто не знала сестру по-настоящему? Бывает же такое, прожить всю жизнь вместе, бок о бок, а потом в один миг оказаться, что по сути не знаете ничего о человеке.
— Повтори, что только что сказала. — воскликнула Алекс, взрываясь. В этот момент Кемаль кинулся к ней и приобнял за плечи, тем самым выражая свою поддержку, а также удерживая от поступков, о которых та может пожалеть в последующем.
— У меня никогда… — начала Алекс, смотря в глаза сестры, но та её перебила воскликнув.
— Замолчи. Замолчи немедленно. — с каждым словом сестры ей казалось, словно режут на куски, снимая слой за слоем. Не может быть такого. — Что ты такое говоришь? Неужели тебе никогда не хотелось обнять их? Вспомнить?
