— А да, да. — ответила Амелия, приподнимаясь со своего места. Самира подойдя поближе помогла той принять сидячее положения. Женщина села облокотившись спиной о изголовье кровати, и подложив подушки под спину. Та поблагодарила Самиру за помощь, на что девушка лишь кивнула головой.
Не зная, как именно следует начать разговор Самира обвела комнату взглядом, ища, на что можно было бы сесть, но так ничего и не найдя вернулась взглядом к женщине, восседавшей на кровати.
Все гостевые комнаты в особняке были обставлены по минимуму. И лишь жилые комнаты обставлялись хозяевами как им хотелось. Она точно не знала, как каждый из жильцов дома обставил свою комнату, так как не заходила в них, но надеялась, что у них мебели побольше чем здесь.
Поняв, о чем думает гостья, Амелия предложила присесть на кровати, та, понимая, что других вариантов нет, села на предложенное место поблагодарив.
Самира не знала как лучше начать разговор. Она не хотела влезать в отношения родителей и детей, но также понимала, что так продолжаться не может. Ведь если так пойдёт Ади вообще не выйдет из комнаты. А если вспомнить, что ещё и отказывается от еды, то это плохо отразиться и на здоровье. За такое короткое время они успели подружиться, и она не хотела, чтоб с той, случилось что-либо. А ещё волновалась, что свадьба может быть отложена.
— Как Аделина? — спросила мать Ади, нарушая тишину.
— Я пришла попросить вас… — начала Самира, но так и не смогла закончить предложение, не зная точно, о чем хочет попросить.
— О чем? — удивленно посмотрела на неё женщина. — Я очень хочу помочь, свой дочке. Буду рада сделать, хоть что-то для неё. Так скажи же мне, чем я смогу помочь? Мне так плохо, оттого что я тут лежу — беспомощная, когда так нужна своей малышке.
— Поговорите с ней. — выпалила Самира.
— Поговорить? — удивлённо переспросила та. Словно не понимая значения произнесённого слова. — О чем поговорить?
— Ади… — начала Самира и замолкла. После, сделав глубокий вдох продолжила. — С тех пор как Ади и Алекс поругались…с тех по, как Алекс ушла, Ади не выходит из комнаты. Она просто сидит на одном месте и смотрит в одну точку. Мы все пытались достучаться до неё, объяснить, что она ни в чем не виновата. Но она не слышит или не хочет слышать никого. Она просто… просто сидит и смотри на свои руки. Мы все очень волнуемся за неё. Но никто из нас, даже Кемаль, к сожалению, не можем до неё достучаться. Поэтому я хотела попросить вас, от лица всех близких вашей дочери, поговорить с ней. Помочь нам вернуть вашу дочь. Бэлла и Амира сказали, что это было первый раз, когда ваши дочки поругались и, наверно, поэтому Ади так сильно переживает. Поэтому, прошу, проговорите с ней.
— Но я не знаю, о чем с ней говорить. — прошептала та с беспомощным видом. На глаза Амелии навернулись слезы, и казалось еще секунда и их будет не остановить. — Я столько лет была вдали от них. Как я смогу достучаться до Аделины? Имею ли право влезать в эти отношения? Ведь все эти годы, когда нас не было рядом, только они были друг у друга. Больше всего мне больно оттого, что я не знаю, имею ли право что-либо говорить им? Имеем ли я или Кристофер право требовать от них чего бы то ни было?
— Но вы же их родители. — воскликнула Самира, в негодовании. Она считала, что раз ничей вины нет в их разлуке, то почему родители не имеют право вмешиваться в жизнь детей. По ее, скромному мнению, каждый родитель имеет право на своего ребенка. — Вы были не виноваты в случившемся. Все по воле Аллаха. Возможно так Он проверял вас. Возможно это было вашим испытанием в этой жизни. Но ведь сейчас вы здесь. Спустя столь долгое время вы вновь смогли воссоединиться. Так почему бы не отбросить все эти годы и не начать жизнь заново — как семья?
— Ох, милая, хотела бы я так сделать. Но в жизни не все так просто как тебе кажется. — ответила Амелия грустно улыбаясь, и потянувшись похлопала Самиру по руке. — Порой время, проведенное в дали друг от друга, решает многое, а порой и все.
У девушки не нашлось, что на это ответить. Для нее не существовала никаких сложностей. Так как сама потеряла мать в раннем возрасте, и практически не помнила ту, казалось благословением её возвращение в жизни детей.
В юности ей очень сильно не хватало материнской любви и поддержки. Она всегда мечтала узнать, каково делиться всем с матерью, ощущать её поддержку и любовь. Но к сожалению, Самира была лишена всего этого. И сейчас видя такое чудо как воссоединение дочки с матерью, она не видела никаких проблем в том, чтоб быть рядом друг с другом.
— Я очень сильно хотела бы помочь тебе, но не могу, прости. — сказала женщина, выдергивая Самиру из раздумий. И откинувшись на спинку кровати, закрыла глаза. Как бы говоря — разговор закончен.
Самира встала со своего места и направилась к двери. Ей было обидно, что ничего не получилось, ведь они все так рассчитывали на помощь этой женщины. Но в то же самое время она не могла винить её в чем бы то ни было. Ей казалось, что она понимает её чувства, переживания и даже в какой-то степени, считала принятое решение правильным.
