– Мы потом поговорим, – только и сказал он.
Стало не по себе. Будто я встала между друзьями. Хотя, так оно и было. Аркарион скрывал от Дайроса правду обо мне. А Дайрос… нет, лучше об этом не думать.
– Хоть браслет верни, я надену его обратно.
Арк бросил короткий взгляд на мою руку, догадавшись, что я больше не скрываюсь от Дайроса.
– Ей это не нужно. – Аркарион вскинулся, сверля друга уже злым взглядом, но Дайрос продолжил: – Александра – Хранительница, Арк. Совет не посмеет давить на нее.
– Хранительница? – Аркарион резко развернулся ко мне. – Почему ты не сказала?
– Она не знала.
– Дайрос рассказал, что такое Исааз, – торопливо пояснила я, не желая поднимать тему того, как именно он заметил знак. – Но я уверена, что это ошибка. В Храме все определится. И я не буду это обсуждать.
Слишком страшно. Новость о том, что мне предстоит занять трон до сих пор казалась бредом. А тут выяснилось еще и то, что я охраняю мир от безумного бога. Нет уж, такие подарки на обычных девушек не падают, даже если они рождены под сотней несчастливых звезд. Мне ничего из этого не надо. Меня устроит спокойная жизнь на Земле. Так что пусть забирают и кольцо, и Безликого, а я вернусь домой. Дом… Горечь наполняла все мое существо. Проблема в том, что у меня нет дома. Ни на Земле, ни в Силмане. Я одна, и никому на самом деле не нужна. Семьи нет. Мира – единственная настоящая подруга – перестала писать почти полгода назад. А Аркарион с Дайросом искали наследника. Не будь кольца на моем пальце, я бы их не заинтересовала.
Я подхватила посуду и ушла в соседнюю пещеру, чтобы помыть ее. Здесь царили сырость, прохлада и темнота. Но хоть чувства успокоились. Все эти переживания слишком расшатали психику. Вчера – боль потери, а сегодня – радость возвращения. Слишком много переживаний свалилось на меня за последнее время. Наверное, если вернусь на Землю, придется походить к мозгоправу.
Пока меня не было, мужчины вышли наружу. Наверное, это неправильно, но я прошла в соседнюю пещеру и успела услышать завершение довольно эмоционального разговора.
– Ты лезешь не в свое дело, – Аркарион почти рычал.
– Лекс – мой друг, – голос Дайроса звучал ровно. – Сейчас она не нуждается в браслете для защиты. Ты просто бросишь тень на ее репутацию.
– На этот раз я спрошу.
– На этот раз ты будешь честен с ней до конца и расскажешь, кем являешься, – уже более жестким тоном возразил Дайрос.
Кем является? Я пережила правду о том, что Аркарион не совсем человек. Понимала и то, что мои спутники принадлежат к богатым семьям, наверняка, со всеми вытекающими из этого последствиями. Но что же еще они скрывают?
– Я же не наследник.
– Ты должен был им стать. Но не в этом дело, Арк. Вопрос твоего брака давно решен.
– Будто я один сбежал от свадьбы на границу, – сокрушенно проговорил тот.
Сбежал от брака? Пожалуй, хуже было бы, если бы он оказался женат.
– Мой брак еще обсуждается.
– Там уже все решено, – отмахнулся Аркарион. – Но тебе грех жаловаться. Говорят, Лалиэн хороша собой и умна.
– Сейчас мы говорим об Александре. Ты должен рассказать ей, решить вопрос со своим браком, только потом делать ей предложение.
– Я даже не помню, как выглядит моя невеста. А Александра… я люблю ее. Для меня выбор очевиден. Я готов отказаться от рода.
– И готов сесть на трон Белой Иглы? Артефакт выбрал ее.
Наступило долгое молчание, и когда Аркарион не ответил, Дайрос продолжил:
– Лекс права, нужно добраться до Храма и выяснить, как наследница стала Хранительницей. И там уже решать, что делать дальше. Возможно, на вашем браке настоят.
Больше я не слушала. Вернулась в центральную галерею, села у догорающего костра. То ли снова возвращалась лихорадка, то ли настолько взбудоражил меня подслушанный разговор. Наверное, и в Силмане в ходу договорные браки. В этом нет ничего удивительного, как и в том, что оба моих спутника могут быть не свободны. Неприятно, что Аркарион ничего не рассказал мне. Но имею ли я права обвинять его, если и сама скрываю большую часть правды о себе?
После выяснения отношений мужчины были мрачны, да и я хорошим настроением не отличалась. Лихорадка все же вернулась, и я вновь провалялась несколько часов в полудреме. Кажется, что если эта сила не убьет меня во время всплесков, то доконает откатом. Может, ее нельзя использовать? Может, я нарушила уже сотню правил? Я же ничего не знаю. Тыкаюсь в этом мире, как слепой котенок.
– Если тебе полегчает, завтра выступим, – объявил Дайрос за ужином.
– А ты? – я взглянула на Аркариона.
Ушибы беспокоили его, он все еще хромал.
– Завтра будет легче, – Арк жизнерадостно улыбнулся, похлопав себя по бедру. – В седло заберусь, не переживай.
– При хорошей погоде послезавтра достигнем Храма, – внимательный взгляд черных глаз скользнул по моему лицу.
