Попасть в другой мир, получить волшебный дар и стать женой принца — удача это, или наоборот, несчастье? Я ведь совсем о другом мечтала, и принц мечтал о другом. Мы не понравились друг другу с первого взгляда. Но, может быть, общее дело сможет объединить нас?
Глава 1. О первой брачной ночи
Когда твой молодой супруг на собственной свадьбе третий танец подряд танцует с другой — хочется встать и врезать ему по морде.
Но сделать ничего нельзя. Он ведь принц и наследник, а ты — вообще никто.
Он не хотел этого брака. И сейчас всеми силами дает всем понять, как сильно не хотел. Дело даже не в этой тощей девице, которую он обнимает так откровенно, как обнимают только наедине. Девица и рада, думает, что выиграла свой приз, станет фавориткой, любовницей, будет веревки из него вить. Но она нужна Эйдану не больше, чем я. Это только протест против воли отца.
Я принцу не нравлюсь.
Королю Донналу я не нравлюсь тоже. Они видят во мне лишь племенную лошадь, способную дать хорошее потомство. У меня сильный дар, и больше никаких достоинств, мне это ясно дали понять. От меня требуется только родить наследника. Лучше двух, для надежности. А потом я могу удалиться в какую-нибудь глушь и тихо жить там в свое удовольствие. Одна. Должна буду удалиться, чтобы не мозолить принцу глаза и мешать его веселой жизни.
Принц азартно и напоказ прижимает девицу к себе, целуя ее взасос.
Отвратительно.
— Эй! — король Доннал раздражено кивает мне. — Ты не должна допускать подобное!
— Я? — удивляюсь искренне. — И что же я должна делать?
— От хорошей жены муж не станет бегать на сторону.
И это мне говорит человек, в постели у которого, по слухам, побывали все девушки во дворце?
— Хороша та жена, которую выбираешь сам, — говорю я.
И вот, я уже почти защищаю Эйдана!
Лицо короля нехорошо темнеет, он не терпит возражений.
— Не смей раскрывать свой рот! — зло шипит он, раздувая ноздри. — Хватит! — рявкает громко, чтобы все слышали. — Я думаю, молодым пора удалиться в спальню! Эйдан! Вернись к жене и сделай, что должен сделать мужчина!
Эйдан поворачивается, вытягивается, но даже не думает свою девицу из рук выпускать.
— Еще один танец! — пьяным голосом требует он, чуть покачнувшись даже. Смачно целует ее в губы, прямо так, при всех.
Когда успел напиться? Или это игра?
— Сейчас! — лицо короля покрывается пятнами. Эйдан ведь специально злит его. — Тащи свою жену в постель немедленно! Или это сделаю я!
— Отлично! — радостно соглашается Эйдан. — Сделай ей наследника сам!
Вот черт! Это уже на грани. Потому что у Доннала закипает настолько, что сейчас сорвет, он просто возьмет и сделает то, что говорит Эйдан. Уж стесняться не станет.
— Щенок… — сдавленно шипит Доннал сквозь зубы.
— Хоть раз у тебя должно получиться! — говорит Эйдан, глядя ему прямо в глаза.
И в зале повисает тишина.
Черт, черт… это за гранью совсем! Эйдан не соображает вообще? Даже наследники не бессмертны. И я не горю желанием стать вдовой, потому что какой бы скотиной не был принц, но до отца ему далеко.
А Доннал уже поднимается, хватаясь за пряжку ремня.
Он что, в самом деле собрался сам?
— Эйдан! — я вскакиваю на ноги.
Эйдан стоит, напряженно ощетинившись. Страшно. Так, словно готовясь броситься в бой. Одной рукой он все еще обнимает за попу девицу, другая, я видела, сжалась в кулак.
— Пойдем! — громко говорю я, очень стараясь, чтобы не дрогнул голос. — Его величество хочет, чтобы мы шли в спальню. Пойдем!
— Значит, тебе не нужна жена? — Доннал тянет пряжку, расстегивая.
Ох, нет-нет-нет!
Вот, и что мне делать? Бежать? Платье длинное, неудобное, да и я не изящная спортивная лань, чтобы скакать тут. Но делать нечего. Когда очень надо, и не такое сделаешь.
И, сделав глубокий вдох, подобрав юбки, я вскакиваю на свое кресло, чудом увернувшись от рук, пытающихся схватить меня, на стол и бегу прямо по столу, между тарелками, к Эйдану.
— Тебе так не терпится? — Эйдан криво усмехается, глядя на меня.
Но, слава всем местным богам, хоть немного разума и инстинкта самосохранения у него есть.
— Что ж, нашему отцу боги не дают больше сыновей. Может, хоть у нас получится, — говорит он.
И делает шаг вперед, между гвардейцами, которые уже готовы заступить путь.
Я прямо со стола, с разбегу, прыгаю ему в руки. Ничего, Эйдан здоровенный крепкий лось, он должен поймать.
Он ловит и как-то не очень спешит ставить на ноги. Прямо со мной идет к дверям.
Проходя мимо своей девицы, еще умудряется шлепнуть ее по попе.
— Я скоро вернусь, радость моя, — говорит ей шепотом. — Только выполню свой долг, и вернусь.
И тащит меня прочь.
Уже на лестнице ставит на ноги.
— Что же ты творишь? — тихо говорю я, от пережитого слегка бьет дрожь.
— Это не твое дело, — резко говорит Эйдан, идет вперед широкими быстрыми шагами, даже не глядя на меня. Я с трудом поспеваю.
— Он же убьет тебя за такое! — говорю я.
— Не убьет. Он трус.
— Эйдан…
— Заткнись! — холодно говорит он.
Сейчас точно не время, чтобы спорить.
Я не понравилась Эйдану с первой встречи. И я даже знаю почему. И он мне тоже. Все взаимно, так что, какие могут быть претензии?
У нас обоих нет выбора. Нужно закончить дело.
