Иди уставилась в газету остекленевшим взглядом. Тост с маслом казался влажным и безжизненным, соответствуя выражению ее лица, а на ее и так бледных щеках появились белые пятна, словно мазки ночного крема, который она забыла втереть. Мадлен стояла и нервно молчала, уперев руки в бока и глядя на Иди.
– Скажи что-нибудь, – пробормотала наконец она. – Выпусти пар.
– Терпеть не могу театральности.
– Переведи, пожалуйста.
– Я не люблю кричать и рвать на себе волосы или хлопать дверью… но я чувствую, что делаю все эти вещи у себя в голове.
– Как это могло случиться, Иден?
– Мне это не привиделось, так ведь? – взмолилась она. – Это мои эскизы. – Она посмотрела на подругу, как будто умоляя, чтобы та опровергла ее слова.
Мадлен сглотнула.
– Это не твои эскизы, но это твои платья. Несомненно. – Она подошла туда, где в онемении сидела Иди. – Как это могло случиться? Мы берегли эту папку как ребенка.
– Я не выпускала ее из рук.
– Где она сейчас?
– Здесь. В кабинете. Я всегда ношу ее с собой.
– Подожди. Я сейчас принесу. – Мадлен исчезла, а затем вновь появилась с папкой в руках. Она протянула ее Иди, которая развязала ленточку и открыла ее.
Перебирая листы, она искала эскизы, которые оказались напечатаны в газете. Иди покачала головой и сдавленно застонала, снова просматривая рисунки.
– Их нет. Я не заметила этого раньше, потому что они были закончены, и я работала над другими. Трех платьев, напечатанных в газете, не хватает, – сказала она. – Они были наиболее интересными, это мои лучшие работы, но при этом совсем простые. Похитители могли легко сшить их за пару дней с хорошей командой швей.
Ее голос был совершенно безжизненным. Мадлен положила руки на плечи Иди.
– Ты кажешься слишком спокойной. Что происходит?
– Спокойной? Я чувствую себя мертвой, Мадлен. – Она отбросила газету и встала, обхватив себя руками, словно в агонии. – Все, что я люблю, у меня постоянно отнимают. Я говорила себе, что вокруг меня есть люди, которые потеряли больше… У меня есть Томми, друзья, немного денег, и я смогла реализовать свои мечты. Я заставила себя поверить, что этого достаточно – прости меня, Мадлен, я не хочу умалять твою роль в моей жизни.
– Ничего. Я понимаю.
Иди покачала головой.
– Когда исчез Том, а затем умер папа, я думала, что моя жизнь кончена.
Мадлен кивнула.
– Это вполне естественно, но ты нужна Томми, поэтому ты собралась с силами и стала продолжать бороться.
– Иногда я думаю про себя: «Найди меня, Том!» – в надежде, что он каким-то образом услышит это и вернется.
Мадлен не могла скрыть отчаяние, которое она чувствовала вместе со своей подругой.
– Но это… я чувствую, что это конец для меня, Мадлен. Я устала.
– Иден, кто-то украл эскизы. Ты должна разозлиться, найти адвоката… но не сдаваться.
– У меня уже есть адвокат.
– Тогда спроси Бена, как тебе лучше поступить.
– Слово Дома Эйнсворт против моего. Я не смогу доказать, что это мои эскизы!
Зазвонил телефон. Мадлен взяла трубку.
– «Валентайн», доброе утро. Ах, леди Финчем, доброе утро. Мы еще официально не открылись, но будем рады…
Иди снова развернула газету и посмотрела на эскизы, которые были описаны как «новая волна свадебных платьев, возвещающих о наступлении эпохи джаза и коктейлей». Они появились в еженедельном разделе о свадебных нарядах в «Санди таймс». Иди увидела газету только сегодня утром, потому что провела воскресенье, слушая неожиданно ясные воспоминания Сола о том дне, когда Том пропал в Лондоне. И не знала, что к тому времени, когда она вернулась в свою квартиру в Челси, Сол уже уходил из этого мира с облегченным сердцем, что успел рассказать Иди о том страшном дне. Она покачала головой, все еще тупо глядя на свои эскизы и не в состоянии понять, как их могли украсть у нее из-под носа. «Только у Мадлен был доступ к ним», – кричал ее разум. Но она сразу же отбросила мысль о предательстве, а кроме того, эскизы были постоянно при ней всю прошлую неделю.
Мадлен положила телефонную трубку и неуверенно посмотрела на Иди.
– Это была леди Финчем.
Иди могла догадаться, что та собирается сказать. Она облегчила задачу для своей подруги.
– Полагаю, она решила отдать заказ Дому Эйнсворт.
Мадлен колебалась.
– Она сказала, что они готовы сшить платье белого цвета.
– Конечно, готовы. А все потому, что у них нет вкуса, – с горечью добавила Иди. – Она по крайней мере хоть удивилась, откуда у них такой же эскиз платья для ее дочери, как у меня?
– Она об этом не говорила, – ответила Мадлен, но Иди расслышала неискренность в ее голосе и поняла, что подруга пытается пощадить ее чувства. Леди Финчем, вероятно, обвинила Иди в плагиате. Было больно. Но у нее уже не осталось слез жалости к себе.
Телефон зазвонил снова.
– Это, вероятно, насчет заказа Дэнби, – пробормотала Иди. – Думаю, что Пиппа Дэнби тоже решила заказать платье в Доме Эйнсворт. Я ухожу, Мадлен. Ты тут справишься без меня?
– Да, разумеется, но…
– Мне просто нужно немного подышать.
