«Для чего это надо?» – спросил сам себя священник, убеждаясь в том, что эти люди, действительно, вели себя как–то очень странно и даже подозрительно. Особенно это стало понятно по резкой разнице их внешнего вида в начале поездки (с молитвословом в руках и одеждах, сверх меры соответствующих православной церковной традиции), и теперешним дневным «маскарадом». «Потом, – рассуждал священник, – это их требование отделиться от группы в том же образе людей, желающих тишины и паломнического уединения; но уже через пару часов – как они изменились до неузнаваемости! Во всяком случае, внешне это у них получилось очень хорошо. Прямо профессиональные конспираторы!» – ухмыльнулся священник, не упуская парочку из вида. Они тут же поймали такси, и отцу Андрею ничего не оставалось делать, как сесть в другое такси, благо стоявшее прямо возле кафе. На ломаном английском он попросил ехать за их машиной, пообещав не обидеть, показывая своё портмоне. И только теперь он понял, зачем Семинарист дал ему эти пятьсот евро. «Если так пойдёт и дальше, – ухмыльнулся священник, – то этих денег не хватит даже на колбасу, не говоря уже об остальных подарках! Ах ты, хитрюга!» – вспомнил отец Андрей друга и достал деньги, чтобы щедро отблагодарить водителя за его услугу.
Уже через десять минут они остановились возле огромного современного многоэтажного здания прямоугольной формы с разноцветным фасадом. «Это библиотека?!» – слегка удивившись сообщил таксист, то ли спрашивая, то ли утверждая. Лицо у него выражало лишь усмешку, а вот отец Андрей был явно смущён этим пунктом остановки. Зачем нашей парочке ехать в центральную библиотеку Рима? Почему не в музей, или ещё в какие места поколоритней? Это же Рим! Но что оставалось делать невольнику чужих желаний?
Отец Андрей, попросив таксиста подождать сколько надо, осторожно пошёл за семейной парочкой. Когда он выходил из машины, они уже заходили в здание, и священнику пришлось ускорить шаг, чтобы не упустить их из вида. У него не было опыта слежки, но кое–что из детективных фильмов пришлось вспомнить. Вспомнил он и своего друга, который позволил себе наглость сделать из него шпиона.
«Ну, ничего, – подумал отец Андрей, заходя в библиотеку, – я тебе ещё не такое устрою, батюшка– дружок!» Мстительность, конечно, ему была не свойственна, но и оставлять просто так поступок друга было нельзя. Обнаглеет и будет дальше использовать его в своих целях. Возможно, и хороших, но скрытых и не всегда понятных, и даже, порой, неприятных. Вот что здесь хорошего, когда священнику приходится прятаться за длиннющими стойками библиотеки, чтобы его не заметили те, за кем он должен следить? А с его длинной бородой особенно и не скрыться! Хоть шляпу одевай или очки, всё равно борода тебя выдаст. Поэтому приходилось рассчитывать на то, что эта парочка совсем не подозревает, что за ними могут следить. Наконец отец Андрей нашёл место в одном из залов, куда скрылись преследуемые. Священнику пришлось изловчиться, чтобы спрятаться за одной из многоярусных стоек, заставленных книгами. Оттуда хорошо просматривался весь зал. Именно там почти сразу, при первом же взгляде, он заметил Тараса с женой, которые с кем-то активно беседовали за одним из столов.
«И почему отец Александр, если уж он такой сыщик, не снабдил друга современным прослушивающим устройством?» – с ехидцей подумал отец Андрей и решил просто ждать, чем всё это закончится. И вдруг он вспомнил, что буквально за неделю до поездки отец Александр подарил ему просто так, без всякого повода, лучший мобильный телефон, какой только был на то время, и при этом подчеркнул, что в нём отличный фотик и диктофон, который берёт звук на большом расстоянии. «Неужели он подарил этот мобильник специально, зная, что будет дальше?!» Почему-то со злостью, вспоминая об этом факте, отец Андрей, достал эту «крутую мобилу», как выразился его старший сын, и аккуратно направил в сторону говорящей троицы, включив режим видео. А чтобы его не заметили и было удобней, снял с полки самую большую и толстую книгу, а вместо неё в проём поместил телефон. Буквально через пару минут разговор закончился крепким рукопожатием. Молодой человек, с которым они говорили, долго тряс руку Тарасу, а Марии передал какой-то яркий свёрток, поцеловав ей руку. Обоим же помахал на прощание как хорошим и добрым друзьям.
