- Сомневаюсь, что тётка с энтузиазмом отнесётся к такой просьбе, - возразил я. - Уж больно криминально это выглядит. К тому же нет никакой гарантии, что Марина вообще придёт в столовую, а если и придёт, то возьмёт компот, а если и возьмёт, то допьёт его до конца. Я знаешь ли, тоже учился, и с институтскими столовыми знаком не понаслышке. На моих глазах многие брали компоты, но мало кому удавалось допить их до конца.
Кажется, мне удалось втолковать Петьке, что проблема всё-таки есть. Можно сказать, что чело его омрачилось под гнётом тяжких дум.
- Как же тогда ей дать ленаутил? - пробормотал он.
Я с надеждой посмотрел в простенок, на мешок с картошкой, но в этот раз прилива мыслей не ощутил. Что же, даже молния не всегда бьёт в одно место дважды, чего тогда ждать от картошки? Я продолжил осмотр кухни, при этом прокручивая в уме множество вариантов решения стоящей перед нами задачи. Безрезультатно. Ни один из вариантов не выдерживал критики.
Судя по натужному пыхтению с той стороны стола, мысленные усилия моего брата были столь же безуспешны.
- На языке так и вертится одно громкое слово, за которым любят прятаться маленькие люди, - признался я. - Порою кажется неизбежным присоединиться к их массе.
- С этим искушением надо бороться. Представь, что в старости, сидя у камина... Слушай! - я обернулся на него и увидел, что Петька сосредоточенно смотрит в простенок. - Вадик, меня осенило! Надо устроить как бы рекламную раздачу новой минеральной воды. Наш человек подойдёт к Марине с подносом, где будут стаканчики с ленаутилом и попросит принять участие в акции, так сказать, оценить новый продукт.
- Где мы такого человека найдём?
- Пашку попрошу. Он как раз на актёра учится, ему это будет раз плюнуть...
- А если она не захочет принимать участие в акции?
- Можно уговорить. Он ей шёпотом скажет, что от количества оценивших новый вкус зависит его зарплата, и что за ним, типа, наблюдает его начальник и, мол, неужто жалко выпить полстаканчика минералки?
- Кажется, идея неплохая, - наконец, признал я, с некоторой ревностью глядя на мешок картошки. - Если только Пашка не подведёт. Может, он завтра занят, или...
Тут зазвонил телефон и Петька сорвал трубку.
- Да! - крикнул он. - Да! Да. Да. Вадик. Спасибо, дядя Боря!
И телефонная трубка вернулась на базу.
- Всё отлично! - сказал Петька, повернувшись ко мне, - Вадик, съезди, пожалуйста, к дяде Боре за ленаутилом, а я пока займусь Пашкой. Надо ведь ещё реквизит подготовить. Ну, плакат с названием новой минералки, и халат с её эмблемой и бутылку с этикеткой...
- С удовольствием съезжу, - мне и самому хотелось выйти из душной квартиры на свежий воздух, и, как говорится, размять ноги.
Одеться было делом нескольких минут, хлопнула входная дверь, и уже спускаясь по лестнице я вспомнил, что не успел сказать брату про то, что Марина с ним давно заочно знакома по интернету, где у неё какой-то цветочный псевдоним. Впрочем, это может и подождать.
* * *
В разъездах я провёл несколько часов и когда возвращался домой, уже стемнело. Победно сжимая в левой руке пузырёк ленаутила, правой я провернул ключ в замке и, стараясь не шуметь, открыл входную дверь. Первое, что мне бросилось в глаза - до боли знакомая сумочка на табуретке посреди прихожей.
В квартире, между тем, стояла густая тишина. Мне пришлось сделать несколько шагов, чтобы увидеть кухню, и два силуэта на фоне подсвеченного уличным фонарём окна. Они сидели по разные стороны стола, и расстояние между ними было не меньше метра. Но Пётр, протянув руку, держал в своей ладони её ладонь и они молча смотрели друг на друга.
Я ощутил себя лишним местоимением и тихо удалился.
Герой, который остался дома
Фирд был седьмым ребёнком в крестьянской семье. Он родился утром, когда овец и коров гонят на выпас. Лето в тот год вышло на редкость засушливое - чуть ли не весь урожай Приозерья погиб.
* * *
Восемь лет ему было, когда однажды мать послала Фирда на дальний сенокос, - отцу и братьям обед отнести. Торопился мальчик, шагая по пыльной дороге. Выйдя на развилку, увидел, что навстречу скачет воин на чёрном коне. Фирд отошёл к обочине и склонил голову, как подобает простолюдину. Но всадник вдруг осадил коня и хрипло спросил:
- Эй, малый, какая из этих дорог ведёт к замку Тархем?
- Правая, господин.
- Спасибо, - буркнул воин и пришпорил скакуна.
Мальчик посмотрел ему вслед, а затем отправился в поле.
Вести, которые так спешил донести до царского слуха гонец, достигли Приозерья месяц спустя. Проезжавшие мимо купцы рассказали в трактире, что полководец Сартор поднял мятеж, и направляет армию к столице.
Чуть погодя по тракту прошло войско, посланное царём Огхеем наперерез мятежникам. Фирд в тот день вместе с братом Харном пас овец, и видел только облако пыли вдалеке да тёмно-серую полосу воинов.
