Она ощутила удовольствие от муравья, это должно быть был муравей. Она так много раз видела их в городке, хотя никогда вблизи. Её тянуло к ним столько, сколько она могла помнить. Будучи так близко к ним, возможно даже больше чем к одному! Она начала дрожать от волнения.
«Как вас зовут, дети?»
«Эллисон Бримсби,» ответила девочка слева.
«Треан Поттер,» сказал мальчик.
«Эмилия Кретертон,» сказала она.
«В этом месте у нас нет имён, пусть вы не одни из нас, ещё. Пока что вы сохраните эти имена, и мы посмотрим, как далеко вы зайдёте. Последуете ли вы пути до конца, став первыми не-муравьиными членами нашего ордена.»
Девочка снова подняла свою руку.
«Почему вы хотите присоединения людей к вам?» Спросила она.
Она не хотела показаться грубой, однако ей было любопытно. Муравьи всегда казались такими могучими, такими отстранёнными и чужеродными для неё. Сама идея, что они могут захотеть её помощь казалась… неправильной, невозможной и странной. Настало молчание, пока муравей размышлял над своим ответом.
«Мы не обязательно желаем присоединения не-муравьёв, однако у нас нет причин отказываться от тех, кто жаждет распространять порядок Великого. Среди людей есть много тех, кто желают следовать веяниям Старейшего, однако кто поможет сбившемся с пути? Кто покажет направление? Здесь в Колонии мы постоянно бдительны, однако там наверху? Среди людей? Раз будут те, кто будут следовать веяниям Колонии, то мы тоже должны иметь наших товарищей, чтобы убедиться, что это делается с должным… уважением.»
Каждый из троих задумался над тем, что услышал. Затем голос продолжил.
«Наверху есть цивилизации, что ещё не слышали о Колонии, однако скоро их охватят наши веяния. Учения Великого в один момент покроют эту планету, это всего лишь вопрос времени. Когда это произойдёт, вы будете готовы. Вы понесёте наше бремя и будете исполнять нашу задачу среди вашего народа.»
«Вы будете: безымянными.»
Она не могла знать, когда они придут за ней. Она засыпала в своей кровати в сиротском приюте, вместе с другими детьми, потерявшими свои семьи, и просыпалась в совершенно другом месте. Вначале это сбивало с толку, открыть глаза и обнаружить себя окружённой абсолютной тьмой, однако она привыкла к этому. Безымянная встречала их каждый раз, как они просыпались, приветствуя в святилище и начиная следующий этап тренировок.
Потеря видимости была первым испытанием, представшим перед ней и другими. Могли ли они научиться двигаться во тьме так же, как и на свету? Были ли они способны адаптироваться, пока это состояние отсутствия видимости не было таким же комфортным и расслабляющим, как дневной свет. Дабы достичь этого, им было необходимо полагаться на свои новые чувства, следуя запаху, который безымянная прокладывала для них, пусть даже это были смутные обрывки, замаскированные сбивающими с толку и вводящими в заблуждение путями.
«Наша тренировка будет для всех из нас трудна,» говорила им безымянная, «мы никогда не изучали различия, с которыми Система взаимодействует с вами, что противоположно нашему виду. Вы не можете мутировать, не можете эволюционировать, однако вы имеете свои собственные преимущества. Мы будем доводить их до пределов, однако это потребует терпения, пробы, ошибок и решительности. Не забывайте, вы можете бросить всё в любой момент, когда пожелаете.»
Напоминание, что они были вольны уйти часто приходило, в конце каждой тренировки. В ту первую ночь им пришлось идти через лабиринт, полагаясь лишь на своё новое странное чувство обоняния. Никто из детей не справился, часами бродя меж холодных каменных стен. Когда вышло время, безымянная собрала их и напомнила, что они могли уйти, реши они так. Никто из детей не принял предложение.
Она не помнила, как заснула, однако проснулась она снова в своей кровати, каким-то образом посвежевшая и отдохнувшая. Она провела свой день, как обычно, и следующий, и ещё один, не зная, пока засыпала, где она проснётся.
«С возвращением,» поприветствовала их безымянная в третий раз. «Вернёмся к делам.»
В течении недель они обостряли свои чувства и разумы до такой степени, что прохождение лабиринта без зрения было лёгкой задачей. Их доверие в новое чувство было абсолютным и оно продолжало быстрыми темпами повышать свой уровень. Если муравей и был доволен их прогрессом, то он этого не показывал, просто говорил, что в следующий раз будет труднее. И было труднее, всегда было. В следующий раз при попадании в святилище лабиринт пропал, заменившись беговой трассой. Им позволят перейти дальше, когда они будут завершать её в течении минуты.
Решительно настроенная показать, насколько она стала лучше, Эмилия рванула так быстро, как могла, её концентрация была совершенной, пока она выискивала любые намёки на запах.
«Прыгай,» почувствовала она.
И затем упала в яму.
«На трассе имеются препятствия,» сказала им безымянная, «и они будут меняться с каждым вашим прибытием.»
