В течении следующих нескольких дней мы прошли большое количество территории, обежав всё по южной Лирии. У нас была пара встреч с бродячими бандами монстров, на этот раз меньшими, без каких-либо эволюционировавших Кроков среди них. Мы сумели без особых проблем избавиться от них, а я убеждался, что набираю уровни навыков во время битв.
Не потребовалось много времени, чтобы внешнее управление маной достигло уровня пять и я сумел поднять её ступень до Великого Внешнего Управления Маной. Повышение ступени обеспечило меня знаниями, требующимися мне для увеличения дальности моей хватки маны вне моего тела. Так же это повысило количество маны, которое я мог перемещать, однако не намного, как я надеялся. Я мог использовать свою волю, чтобы влиять на ману почти в два раза дальше прежнего, на расстоянии почти пяти метров. Впрочем увеличенная дальность не была бесплатной, чем дальше мана от моего ядра, тем тяжелее с ней работать.
В результате мои разумы сжигали больше психических сил, чем дальше находилась мана от меня. И в то время, как мои подмозги почти постоянно могли хватать ману, находящуюся недалеко от меня, увеличение хватки быстро заставляло их пылать. Я решил медленно повышать расстояние своего управления маной по мере повышения моих уровней и моей уверенности овладения этой техникой.
После того, как мы обошли окружающий регион, мы отступили назад в Подземелье, чтобы перезарядиться и обдумать наше продвижение к столице. У меня оставалось дело, касающееся Крока.
С того момента, как они покинули Мидум, Айзек и его выжившие товарищи проделали неплохой путь. Айзек обнаружил, что было просто мотивировать остальных, когда они буквально бежали от орды диких монстров, которые убивали почти всех, кто попадался им на глаза. Полные радости, что выжили, и волнения, что это не продлится долго, горожане и бывшие стражники собрали свои вещи и поспешили на юг, следуя указаниям, данным Моррелией.
Мысль о Моррелии принесла улыбку на лицо Айзека и ускорила его сердце. Он уже был в этом по уши, он мог видеть это так же ясно, как и нос на его собственном лице. За всю его жизнь его никогда не очаровывало кем-то с первого взгляда. Казалось, что всё в ней било по самым его деликатным предпочтениям. Сильная, не приемлет чуши, способная, решительная и с телом, которое выглядело так, будто она могла голыми руками поднять его и порвать на две половинки.
Не стоит забывать и о её взрывном характере, который вызывал в нём чувство, что это на самом деле в любой момент может произойти. Разговор с ней был самым лучшим и опасным опытом, который переживал Айзек за всю свою жизнь.
Дёрнув головой, чтобы отбросить затянувшиеся размышления о богине, которая так сильно пленила его сердце, он попытался сосредоточить свои мысли на буквальной горе проблем, находящейся перед ним.
«Да уж, ничаво себе горка» пробормотал он про себя, «до сих пор не верится, шо это не шутка.»
«Ты что-то сказал, Айзек?» Спросила стоявшая слева от него бывшая стражница Мидума Анна.
«Ничаво, шо стоило бы услышать» он кивнул в сторону огромной кучи земли, возвышающейся перед ними, «шо думаешь об этом, Анна?» спросил он.
Суровая стражница покачала головой. «Оно намного выше моей зарплаты, Айзек. Никогда не видела чего-то подобного.»
Ведь и правда, подумал про себя Айзек, пока силился понять происходящее. Его предупреждали перед тем, как он покинул Мидум, снова подробно разъяснили по прибытию в деревню, однако он всё равно не был готов к реальности. Целой колонии монстров, живущих рядом с человеческой деревней.
И по видимому всё было… в порядке?
Айзек наблюдал, как сотни монстров муравьёв, размером больше его старой собаки Тоби, на безумной скорости бегали по огромной куче земли, вынося почву из туннелей, укладывая её на холм или используя своё тело, чтобы сжать и утрамбовать землю.
«Так тихо,» поделился своими наблюдениями Айзек перед Анной, пока наблюдал, как работают муравьи.
«Жутко тихо,» согласилась она, прислушавшись на мгновение.
Монстры не разговаривали или общались каким-либо видимым способом. Они просто в идеальной синхронности бегали вокруг друг друга. Усилия и энергию, которые они излучали, заставили бы устыдиться человеческих работников, с отсутствием хоть одного слова жалобы или увиливания от работы. В некотором роде это очень впечатляло.
Что касается того, что они делали — казалось, что они строили замок из земли. Ох, в этой постройке не было отделки замка, причудливых башен и остроконечных крыш, однако в более прямолинейном разуме Айзека этот муравьиный холм имел всё необходимое: огромнейшую до жопы стену и выстроенное изнутри укрепление.
