В белоснежной колыбелиУкачали нас холмы.Эти маленькие елиВ белых ризах — это мы.Окрестила и забылаВ тихом поле нас метель.В белый саван обратилаНашу детскую постель.И уснули мы, принцессы,Под короной ледяной,Зачарованы небеснойБелизной и тишиной.19-20 ноября 1922, Сергиев Посад<p><strong>«На закате розовые дали…»</strong></p>На закате розовые далиПоля белоснежного грустны.С неба веют сизые вуалиСтынущей предсмертной тишины.Ели, точно в ризах погребенных,У дороги служат парастас.Вспыхнул луч на колокольне дальней,Вспыхнул — и погас.10 февраля 1926, Сергиев Посад<p><strong>«Снег на солнце пахнет морем…»</strong></p>Снег на солнце пахнет морем.Сердце полно крепким горемИ морозную печатьНе сумеет расковать.Волны кинуло далекоМоре снежное к востоку,Там, где синий окоемНад пустынным серебром.Море. Горе. Саван белый.Черный лес заиндевелый.Сколько тут замерзших слезВ космах елей и берез.11 марта 1929, Сергиев Посад<p><strong>ИЗ КНИГИ «ОСЕННЕЕ»</strong></p><p><strong>«Золотая осень озарила…»</strong></p>Золотая осень озарилаЗолотую о тебе тоску.Из всего, что летом жизни было,Для тебя я багряницу тку.Убираю трепетной листвоюГолубой хрустальный твой чертог.Ты пройдешь незримою тропоюДалеко от всех земных дорог.Паутины радужные будутТочно слезы в никнущей траве,Там, где весть развеется о чуде,О тропинке в горней синеве.1918, Киев<p><strong>«На осенние флоксы, на бархат вербен…»</strong></p>На осенние флоксы, на бархат вербенЛьется дождь утомительно длинный.Преломленье времен. Близкий осени плен.Сиротства и Печали крестины.В пожелтелой траве чахлый клад золотой,Дар последний умершего летаВетром с яблони сорван, над мокрой травой,Смотрит яблоко поздним приветом.Сыро в комнате. Печка грустит без огня.Скоро окна мои затеплятся.Плачут в стеклах дождинки, уныло звеня,Думы черные в сердце стучатся.10 сентября 1922, Сергиев Посад<p><strong>«Об отлете, о попутных ветрах…»</strong></p>Об отлете, о попутных ветрах,О краях заморских птичий гамВ роще, первым золотом одетой,Не смолкает долго по утрам.Рдяных бус брусники переспелойВьются четки в золотистых мхах.Бабье лето переплетом белымЗаплелось на травах и кустах.Сух и глух протяжный ропот сосен.Выше стал хрустальный небосвод.Ничего уже душа не просит,Собираясь в дальний перелет.4 сентября 1923, Тимхово<p><strong>«Кровь коралловой рябины…»</strong></p>Кровь коралловой рябиныНад моей убогой крышейСнова рдеет в небе синем,Снова небо стало выше.И прозрачней в небе сталиОчертанья всех вещей.И, летая, заблисталиПаутины меж ветвей.Сад окутан паутиной.Кровь коралловой рябиныЧашу Прошлого кропит.Жизнь в гробу хрустальном спит.9 сентября 1925, Сергиев Посад<p><strong>Нескучный сад</strong></p>
