120. В результате они просили посланников подождать до следующего дня, поскольку они хотят послать за другими шейхами (старейшинами) этого острова, сейчас отсутствовавшими, чтобы они могли собрать более полный совет. Посланники, то есть Эн Беренгер, Дон Ассалит и командор, ответили, что они поступят согласно пожеланиям. После того они были приглашены войти в город Сьюдаделу со словами, что они выкажут им великую любовь, ради любви к королю, чьими людьми они являлись. Они сказали, что, пока они не получат их ответ, они, конечно, не станут входить в город; у них не было на то никаких приказов. Сарацины ответили, что будет так, как им нравится. В течение короткого времени они доставили десять коров, сто овец, две сотни домашней птицы, хлеба и вина столько, сколько пожелали посланники, и остались с ними до вечерни, охраняя их отряд. И в вечерне, когда сарацины вошли в город, наши посланники пошли на галеры. В тот же день в вечерне, я направился к мысу Пера, который находится в виду Менорки. И узнайте, из чего состояло королевское войско! Со мной было только шесть рыцарей, четыре лошади, один щит, пять владетелей, прислуживающих моей персоне, десять слуг и несколько разведчиков. И когда стемнело, прежде чем я съел свой обед, я дал указания тем, кто был со мной, и велел зажечь огни более чем в трехстах местах в буше на манер располагающегося войска. Когда сарацины увидели это, они послали двух шейхов, чтобы спросить посланников: "Что это за огни на мысе Пера?" Наши люди сказали: "Там находится король со своим войском (поскольку я наставил их сказать так); он желает скорее услышать ваш ответ, тот или иной".[230] Когда сарацины услышали это, они пришли в великий ужас, и когда настало утро, они сказали посланникам потерпеть некоторое время, что они скоро получат их ответ. Посланники ответили, что они подождут.
121. И следующим утром, после того, как сарацины исполнили молитвы, Каид, его брат, Мохериф, шейх, и полные три сотни главных людей острова, прибыли из города и сказали, что они возблагодарили Бога и меня за то послание, что я им направил, поскольку они хорошо знали, что не смогли бы долго обороняться от меня, и что они в письменной форме составили капитуляцию, с каковой они желали сдаться. Она была изложено так: Они говорили, что остров очень беден, и на нем нет места для того, чтобы выращивать зерно для десятой части жителей; они с охотой взяли бы меня в качестве их повелителя и разделили бы со мной, что имели, поскольку это резонно, что повелитель должен получать дань со своих вассалов; они давали бы мне каждый год по три тысячи четвертей пшеницы, сто коров и пятьсот овец или козлов; но я должен заключить с ними соглашение, чтобы держать и защищать их как своих подданных и вассалов: такой долг и обязательство они хотели бы сохранить по отношению ко мне и моим преемникам отныне и навсегда. Тогда мои посланники сказали им, чтобы они сделали кое-что еще, а именно, дать мне во владение Сьюдаделу и холм, на котором она стоит, так же, как и все прочие крепости, какие есть на острове. В конце концов они с этим согласились, хотя и по необходимости и настойчивым требованиям; ибо после некоторого совещания между собой они сказали, что, если я этого желаю, они сделают так, потому что они слышали, что я был хорошим господином своим людям, и они надеялись, что таковым я буду и к ним. На составление этой капитуляции и принесение ей клятв всех главных и лучших людей острова на Алькоране было потрачено полных три дня. Дон Ассалит, однако, ввел в соглашение пункт, что люди Менорки должны каждый год давать два "кинтала" (два центнера) свежего масла[231], помимо двухсот византинов за разрешение перевозить крупный рогатый скот. Я все время находился на мысе Пера, ожидая галер и посланников, по-прежнему устанавливая те самые огни, как и вначале.
