Ибо, когда он по приказу отца осадил с сильным отрядом в Веймаре графа Вильгельма, славного старостью и всяческой добротой, мстя за убийство его сыном Видукинда и Германа, и заставил его, немощного старца, дать клятву, что он придет к названному маркграфу и исполнит все, что тот от него потребует, то узнал о внезапной смерти отца и вместе с матерью поспешил [ему] навстречу; с великой скорбью приняв отцовское тело, он велел похоронить его в его городе под названием Йена28,d в Майнцском приходе, в месте, где сливаются [реки] Заале и Унштрут. Но через много лет оно со многими другими из этого рода было перенесено оттуда в город Наумбург29, [расположенный] недалеко от прежнего места, в низовьях реки Заале. Последующие наследники, когда [надежда] на потомство угасла, в смирении передали этот город для служению Богу, Его матери, св. Петру и прочим святым. С того времени епископский престол, который находился в городе Цейце, был перенесен в этот город. dno прошествии 30 дней госпожа Сванхильда вместе с детьми отправилась в Мейсен.d Она была дочерью Германа, герцога Люнебургского, сестрой герцога Бенно, - иначе Бернгарда, - а также графа Лиутгера30 и графини Матильды31, которая вышла замуж за Балдуина, графа Фландрии, а после его смерти - за герцога Готфрида. Эта Сванхильда была поначалу замужем за маркграфом Титмаром, братом Геро, архиепископа Кёльнского, и родила от него маркграфа Геро32. Позднее, от названного маркграфа Экхарда она родила Германа, Экхарда33 и Гунтера34.
dМежду тем Болеслав, сын Мешко, князь Польши, обрадовался смерти маркграфа Экхарда и, тут же собрав войско, занял марку Геро, лежащую по ту сторону Эльбы; затем, отправив вперед войско и захватив город Бауцен35 со всем ему принадлежащим, он вступил в город Стрелу36; жителей Мейсена он также пытался тайно подкупить деньгами. Когда те, которые всегда рады переменам, узнали однажды, что большая часть гарнизона ушла для приобретения корма лошадям, то ворвались через восточные ворота и убили Бецеко, вассала графа Германа; затем все они, вооруженные, пришли к его дому и, бросая в окно огромные камни, громкими криками требовали выдать им на расправу коменданта города по имени Оцер. Однако рыцарь Титмар из спальни, [единственного их] укрепления, прокричал: «Зачем вы так поступаете? Как вы могли решиться на такое преступление? Почему, забыв благодеяния маркграфа Экхарда и то, что сами добровольно его пригласили, вы поднялись теперь на погибель сыну? Если вам угодно сообщить кому-нибудь из нас, тайно или открыто, причину столь тяжкого злодеяния, я обещаю угодное вам исправление свершенного, а также гарантии вашей будущей безопасности со стороны моего господина и нас всех, какие вам будут угодны. Того же, кого вы немилосердно требуете выдать вам на смерть, пока мы живы, вы не получите. Нас мало, но мы или вместе умрем, или вместе невредимыми уйдем из этого города». Тогда те, услышав такие речи, посовещались и дали им возможность уйти. Итак, они через послов пригласили князя Болеслава и встретили его, открыв ворота.
Когда наши между тем собрались, чтобы помешать этому, этот хитрый и ядовитый гад Болеслав выслал им навстречу послов, которые заверили, что он якобы затеял все это по милости и с разрешения герцога Генриха; что он ни в чем не намерен вредить жителям, но всегда будет поступать радушно; если герцог когда-нибудь станет королем, то он во всем будет согласен с его волей; если же их это не устраивает, он охотно исполнит все, что им будет угодно. Тогда те безрассудно поверили этим блестящим словам и, придя к нему, словно к господину - что не делало им чести - сменили свою врожденную честь на унижение и незаконное служение славянину. Тот же, заняв все пределы этой страны до самой реки Эльстер, укрепил их своими гарнизонами.
Другой же Болеслав, князь Чехии, по прозвищу Рыжий, творец великого беззакония, укротив несколько свой нрав, помогал герцогу Генриху. И вот, когда настал месяц июнь, герцог Генрих, вскоре будущий король, собрав немалое войско из Баварии и Франконии, прибыл в Вормс, чтобы переправиться там через Рейн и принять в Майнце посвящение. Между тем Дитрих37, герцог Лотарингии, мудрый и опытный в военном деле муж, спокойно ожидал, чью сторону примет большая и лучшая часть народа.d f Однако герцог Герман, взяв с собой аламаннов, а также некоторых франков и эльзасцев, также прибыл в Вормс, чтобы помешать переправе, и легко мог сопротивляться, имея Рейн своим союзником. С герцогом Генрихом были светлейшие и мудрейшие мужи, а именно: архиепископ Майнца, архиепископ Зальцбурга, епископ Брешии, епископ Вюрцбурга, епископ Регенсбурга, епископ Страсбурга, епископ Пассау, епископ Фрайзинга, аббат Фульды и очень многие графы. Герцог, посоветовавшись с ними, сделал вид, что решил вернуться в Баварию и, будто бы отчаявшись в переправе, прибыл в город Лорш; оттуда, поспешив к Майнцу, он беспрепятственно переправился [через Рейн].f
