«Вот, правильно, хвали Непревзойдённую Меня больше! У-у-а-ах. Утречко, пушистая, зануда.»
Эрио не припоминала, чтобы эти двое ссорились вчера. Похоже, они продолжили общение после того, как она уснула.
«Доброе утро.»
Чтобы вклиниться в их разговор каждый раз приходилось прикладывать недюжинные усилия, словно при тяжёлой работе. Конечно, Кошка знала, что её мысли не тайна для новых знакомых, однако считала невежливым такое общение.
«Ой, как мило! Слышала, обиженка, как нужно себя вести с такой Великолепной Мной?»
«Я — Владычица Всего. Как именно мне должно себя вести с забавными букашками?»
Кошке казалась, будто Госпожа лукавит. Она вовсе не относилась к ней, как к букашке. Скорее ей нравилось раздражать Коми, только и всего.
«Радуйся, кошечка, ибо тебе выпала честь наблюдать не только Мою Неотразимость, но ещё и первоклассный образец занудства!»
«Не ссорьтесь.»
Попросила Эрио и ощутила, как тело окончательно проснулось, и даже лёгкий озноб полностью исчез. Никогда ещё разговор не требовал прикладывать столько усилий.
«Милая, ну разве это ссора? Поверь, ты сразу поймёшь, если мы затеем реальную ссору, хе-хе-хе.»
Припомнив, как Госпожа назвала всё произошедшее мелким баловством, Кошка вынужденно согласилась.
«Не ссорьтесь.»
Вновь попросила она, но теперь вложила в слова естественное и упорное нежелание умирать.
«Хи-хи, не волнуйся, Я не собираюсь доказывать собственную правоту силой. Это ведь так скучно! Хм, разве что сама сила будет предметом спора, но это уже исключение.»
Предки нашептали Эрио, что Коми продолжает грубить. Впрочем, Кошка тоже расстроилась бы, разрушь кто-то плоды трудов её друзей.
«Это интуиция, деточка. И Я не разрушила, а оптимизировала и проапгрейдила, как сказала бы наша зануда. Она просто не может принять, что все их многолетние труды и великие жертвы предо Мной оказались примитивной игрушкой.»
Эрио впервые обратила внимание на то, что незнакомые слова каким-то образом обретают смысл, становятся совершенно понятными. Но не успела удивиться, как почувствовала мимолётную, но очень яркую вспышку обиды и гнева.
«А Я после этого хамло, ха-ха-ха!»
Кошка не разделяла веселья Госпожи. Она поступила слишком жестоко, намеренно ударив по самой болезненной точке Коми.
«Кошечка, ты судишь Меня по своим меркам, когда мы совершенно разные. Ваша мораль для Меня не имеет значения. Я развлекаюсь, как хочу, где хочу, и когда захочу. Я не злая и не добрая. Эти понятия просто неприменимы к истинно бессмертному и всесильному существу. Ваше единственное счастье в том, что Я всё ещё смутно помню, какого это — быть человеком.»
«Тебе одиноко.»
Подвела итог Эрио, прислушавшись к интуиции. Но это вовсе не оправдывало безобразного поведения Госпожи.
«Ты даже слишком проницательна. Но всё же допустила ошибку по неопытности — Я не ищу оправданий. Ладно, оставим вопросы морали на иной случай. Лучше поведай Мне, какие у тебя цели и планы?»
