Каны, услышав ответ, приказали подвезти много провизии вдоль дорог, а также спускались из селений прислуживать Инге, он же [в свою очередь] позаботился о том, чтобы их ни в чём не обидели; и их обеспечили скотом и асуа [398] [azua [399]], а это их вино. И когда он прибыл в бесполезный [400] [vano] храм, они совершили жертвоприношения согласно своему язычеству, убив для этого много барашков. Оттуда они проследовали к Айавире, где находились каны, весьма обеспеченные провизией; и Инга заговорил с ними дружелюбно, и они заключили между собой мирное соглашение, как обычно он делал с остальными [народами]. И каны, считая выгодным для себя то, что они управляются такими святыми и справедливыми законами, не отвергли ни уплату податей, ни того, чтобы отправиться в Куско выказать свою признательность.
После этого, Виракоча Инга решил выступить в Кольяо [Collao], где уже было известно обо всём, что он совершил, как в случае с канчами, так и с канами, и его поджидали в Чукуито [Chucuito], а также в Атун Кольяо [Hatun Collao], где Сапана как раз узнал о том, что Кари обрадовался Виракоче Инге, и что тот [Кари] уже ждал его [Ингу]; и чтобы он [Кари] не стал ещё могущественнее, он [Сапана] решил выйти ему навстречу, и дать ему бой, прежде чем Инга соединится с ним; но Кари, который, должно быть, являлся человеком решительным, вышел со своими людьми к одному селению, называющемуся Павкарколья [Paucarcolla [401]]; и возле того места друг против друга расположились два самых могущественных тирана [тех] областей, с таким [числом] людей, что, утверждают, собралось сто пятьдесят варанки [402] [guarangas] индейцев. И по их обычаю между ними состоялась битва, а она, как говорят, была очень ожесточённой, и там погибло более тридцати тысяч индейцев; и по прошествии изрядного количества времени Кари вышел победителем, а Сапана и его [люди] были разбиты, потеряв много убитыми, и сам Сапана в этом сражении погиб.
После смерти Сапаны, Кари захватил его лагерь и разграбил всё имевшееся в нём; с той добычей он и повернул к Чукуито и поджидал Виракочу Ингу; и он приказал подготовить постоялые дворы и снабдить их всем необходимым. В пути Инга узнал об окончании войны, и о том, что победил Кари, и хотя на людях он давал понять, что рад [этому], но в действительности произошедшее его опечалило, потому что при наличии разногласий между теми двумя, он думал легко [самому] стать повелителем Кольяо, и подумал о том, чтобы поскорее вернуться в Куско, дабы с ним не случилось какое-либо несчастье.
И когда он [Инга] уже был возле Чукуито, принять его вышли Кари со своими самыми знатными людьми, и они предоставили ему постой и хорошо ему прислуживали; но поскольку он желал вернуться побыстрее в Куско, то поговорил о многом с Кари, заискивая перед ним при помощи льстивых слов: и что он обрадовался его удаче, и что он со всею решимостью пришел к нему на помощь, и что в знак того, что он всегда будет его хорошим другом, он хотел дать ему в жены свою дочь. На что Кари ответил, он, мол, уже очень стар и весьма обессилен, [и] что он просил его о том, чтобы он выдал свою дочь замуж за [кого-нибудь из] юношей, ведь было из кого выбирать, и чтобы он знал, что он должен был считаться [его] правителем и другом, и признавать всё, что бы он ему не приказал; и тем самым, он помог бы ему в войнах и в других делах, какие бы он ему не предложил. А затем, в присутствии высшей знати, Виракоче Инга приказал принести большую золотую чашу, и между ними было заключено почётное соглашение [403] [y se hizo el pleito homenaje entre ellos] следующим образом: они отпили немного вина, имевшегося у женщин, а потом Инга взял вышеупомянутую чашу, и, поставив её на очень гладкий камень, сказал: "Знак да будет таков: пусть эта чаша останется здесь, и что ни я не сдвину её [отсюда], ни ты не прикоснёшься к ней, в знак того, что истинно то соглашение". И, целуя землю, они воздали почтение Солнцу, и устроили грандиозные таки и арейто со многими песнями [sones] [404] ; а жрецы, произнося определённые слова, перенесли вазу в один из своих пустых [405] храмов, куда клали подобные [предметы] клятв [406], произнесённых королями и правителями. И славно повеселившись в Чукуито несколько дней, Виракоче Инга вернулся в Куско, [при этом по пути] его повсюду хорошо принимали и обеспечивали [провизией].
