От Латакунги он шел до тех пор, пока не прибыл в то [место], что мы называем Кито, где основан город Сан-Франсиско-дель-Кито [San Francisco del Quito]; и так как ему весьма понравилась та земля, и что [она] была так же хороша, как и Куско, он основал там поселение, что было [впоследствии], которое он назвал Кито и заселил митимаями, и велел строить большие дома и здания, и хранилища, говоря: «Куско должен быть головою и защитою моего великого королевства с одной стороны; с другой же стороны таковою должен быть Кито». Он дал большую власть губернатору Кито и по всей области Кито разместил своих губернаторов и представителей; он приказал, чтобы в Каранге [Carangue [508]] был гарнизон из рядовых воинов на время мира и войны, и людей из других земель разместил в землях этих, а из этих [земель он] приказал вывести людей, дабы поселить в других. Всюду они почитали Солнце и принимали обычаи Ингов, так, что казалось, будто они все были родом из Куско; и любили и обожали его так, что называли «всеобщий отец, добрый владыка, справедливый и приверженец справедливости». Утверждают, что в провинции каньяри родился Гуайнакапа, его сын, и что были устроены великие празднества. Все уроженцы провинций, над которыми властвовал великий Топа Инга, при том добром порядке, что он им дал, строили по порядку свои селения в годных к тому местах и устраивали покои вдоль королевских дорог. Они преуспевали в изучении всеобщего языка Куско и в знании законов, коих им надлежало держаться; здания строили им мастера, что приходили из Куско, и наставляли в том других. И так же совершались и другие дела по приказу короля.
ПОСКОЛЬКУ ТОПА Инга Юпанге властвовал над землей вплоть до Кито, как было сказано, он, пребывая в том же поселении Кито, узнавал, как выполнялись и упорядочивались дела, им приказанные, и оттуда послал он тех, кого среди своих считал наиболее разумными, дабы они в гамаках были доставлены местными жителями, одни в одну сторону, другие в другую, с тем, чтобы им узреть и уразуметь порядок, что был в новых провинциях, которые были учреждены, и чтобы принять им отчет у губернаторов и сборщиков податей, и посмотреть, как те держались с местными жителями. В провинции, которые мы называем Пуэрто-Вьехо [de Puerto Viejo], он послал некоторых из своих орехонов, дабы с ними говорили и хотели заключить союз, как делали прочие, и чтобы они наставили их в том, как им надлежало сеять и одеваться, и служить Солнцу и почитать его, и делать для них понятными его добрые наставления для жизни и учить их вежливости. Рассказывают, что эти были убиты за все то добро, которое они должны были сделать, и что Топа Инга послал некоторых военачальников с отрядами наказать их; и как только они о том проведали, то тотчас соединилось столько этих варваров, что они убили и победили тех, которые выступили; и о том сожалел Инга, но из-за того, что он был занят важными делами, а также потому, что его особе надлежало возвратиться в Куско, он не отправился самолично покарать их за то, что они содеяли.
В Кито он получил известие о том, сколь хорошо было то, что он приказал, и сколько заботы проявляли его представители, наставляя те народы в службе ему, и насколько они хорошо к ним относились, [и] как они были счастливы и делали то, что было им приказано. И от многих правителей края к нему являлись каждый день послы и приносили ему великие дары, и его Двор был полон знати, а его дворцы – сосудами и чашами из золота и серебра и другими великими богатствами. С утра он ел и с полудня до того, как наставал довольно поздний час, он в сопровождении своей охраны прилюдно выслушивал тех, кто хотел с ним говорить. Потом он проводил время бражничая, до того как наставал вечер, когда он возвращался ужинать при свете костра, так как они не использовали ни лучины, ни воска, хотя у них и было вдоволь того и другого.
