За разговором они и не заметили, как пролетели два часа. Сергей чуть отошел от шока, вызванного звонком Катрин и знакомством с Себастьяном. Но мартель, предложенный Жики, не смог успокоить невыносимую тревогу, уже несколько дней изматывавшую его. Наверняка странному звонку Катрин найдется разумное объяснение. Ну, например… И что, собственно, например?..
Несколько раз, извинившись перед Анной, он набирал номер Катрин и слушал «Numéro de l'appelant est à l'extérieur de la zone d'accès»[439]. Тревога становилась все острее, он уже с трудом удерживал себя на месте. Его бы уже давно не было здесь, на улице Жирардон, но он решительно не представлял, куда бежать и где искать Катрин. Наконец Жики заметила, как он нервничает:
— Что с вами, Серж? Вы словно на иголках.
— Меня беспокоит Катрин. Не могу ей дозвониться.
Жики встревоженно спросила:
— Она знает, что вы приехали?
— Нет, я ей не сообщал. Просто взял и приехал. В отеле я Катрин не нашел, ее номер не отвечает. Я знаю от Анны, что вчера Катрин приходила к вам на чай. Она не говорила, куда пойдет?
— Если не ошибаюсь, она собиралась навестить старого друга, — ответила Жики, не отводя взгляда.
— Старого друга? — нахмурился Сергей. — Кого? Она называла имя?
Жики покачала головой: — Я думаю, она скоро объявится. Скорее всего, у нее сел телефон.
В другое время Сергея, быть может, и устроила бы стройная версия старой тангеры, но не в этот раз:
— Она звонила мне с телефона вашей крестницы, Изабель, — сквозь зубы выдавил он. — Меня это тревожит.
— С телефона Изабель? — Жики переглянулась с Анной. — Что она сказала?
— Ничего. Просто повесила трубку.
Анна не отрывала от него внимательного взгляда, и в ее глазах все больше проступало понимание того, что произошло. Без сомнения, она помнила и его слова, и его реакцию.
— Черт побери, — Жики схватилась за телефон. — Изабель, деточка! Ты где? В Берси? Почему жена мсье Булгакова звонила с твоего телефона? А-а… Во-от оно что… И где она теперь?…
— Как я и предполагала, у вашей супруги сел телефон, — спокойно сообщила она Сергею, закончив разговор. — Она встретилась с Изабель за утренней чашкой кофе.
— И где сейчас Катрин?
— Изабель не знает. Говорит, что Катрин выпила кофе и ушла… за покупками.
— Какие, к черту, покупки?! — воскликнул он. — Мадам, вы считаете, она в том состоянии, чтобы ходить за покупками? Вы же ее видели!.. Простите меня! — он выскочил из гостиной и женщины услышали его приглушенный голос — видимо он говорил по телефону. Острый слух Анны уловил обрывки разговора по-английски: «Я так понял, ты встречалась с Катрин? Зачем?.. Ты рассказывала ей?.. Значит, вы просто выпили кофе? И все?.. А дальше?.. Ты ничего от меня не скрываешь?.. Зачем?.. Зачем нам встречаться?.. Послушай, что было, то было… Не устраивай истерик, так будет лучше для всех… О чем?.. Впрочем, как-нибудь встретимся, но не сегодня… Не сейчас. Я занят. Что за срочность? Ну хорошо, через пару часов… Я еще позвоню. Сквер Бари? Найду как-нибудь».
Итак, подозрения Анны оказались не беспочвенны — чувственность, которую она уловила в голосе Сержа час с лишним назад, прозвучала неспроста и называется она мерзким словом — «измена». Однако, как нынче изменился его тон. Хотя, судя по всему, отношения в семье Булгаковых разладились не только из-за Сергея… Слава богу, Жики не понимает по-английски.
Но старая дива заинтересовалась: — Кому это он звонит, детка? Ты не знаешь?
Анна чуть было не ляпнула: «Любовнице», но тут Сергей вернулся в гостиную, еще мрачнее, чем был до того, как поговорил по телефону.
— Серж! — обратилась к нему Жики. — Прежде всего, успокойтесь! Катрин скоро найдется, не сомневайтесь!..
— Я так и не поняла, почему вы с Катрин приехали порознь? — Анна не выдержала. Катрин, немногим менее суток назад чуть с ума ее не свела своими чудовищными планами, а теперь вот и супруг ее явился, практически в таком же взвинченном состоянии. Только в руках себя держит лучше.
— А что
— Сказала, что приехала меня повидать, — Анна очень осторожно подбирала слова. Как же она не любила врать… Но невозможно признаться Сержу, что его жена приехала искать Олега Рыкова — их бывшего друга и по совместительству — серийного убийцу. — Разве ты не знал, что она едет в Париж?
— Представь себе, нет, — скрипнул зубами Булгаков. — Вчера, явившись с работы, я обнаружил дома вместо Катрин тещу. Она-то меня и поставила в известность, что Катрин уехала к тебе.
— И чего ты кинулся за ней? — пожала плечами Анна. — Ну, уехала, и уехала — делов-то…
— Да? — выдохнул Сергей. — А то, что она украла у меня пистолет — это тоже — делов-то?
— Пистолет?! — ахнула Анна, кинув выразительный взгляд на разом побледневшую старую даму. — Зачем ей пистолет?
— Это ты меня спрашиваешь? — прорычал Булгаков. — А я хотел у тебя узнать — зачем моей жене пистолет, когда она едет навестить подругу?
— IIу a trop d’eux ісі[440]. Deux blonds[441]. Кого из них вести?
— Что? — растерялась Бриджит.
