Она, устало вытирая пот, бегущий со лба, протянула трубку Фафниру: — Поговори с ним. Я не понимаю.
— Oui, — Фафнир взял трубку. — Что? Сколько, ты говоришь? Подожди.
— Он говорит, что под лестницей двое длинных белобрысых парней. Он спрашивает, которого выбрать?
— Как это? — заволновалась Катрин. — Как это двое?
— Двое, — пожал плечами Фафнир. — И что дальше?
— Пусть он подойдет и передаст привет от Бриджит, — простонала ирландка. — Бас поймет.
Фафнир дал рекомендации клошару, но отключаться не стал и слушал, как тот переговаривается с кем-то.
— Опасность! Я чувствую, что-то не так! Кто с ним еще? — Катрин затрясло. — Он сейчас приведет эту мерзавку! Бежим отсюда немедленно!
— Заткнись! — приказала Бриджит. — Прекрати истерику. Что там? — спросила она Фафнира, с любопытством слушающего, что происходит у клошара.
— Отключайся! — умоляла Катрин. — Ну пожалуйста! Тебя засекут!
Фафнир бросил на нее раздосадованный взгляд, но не мог не признать ее правоту — поэтому с сожалением нажал на кнопку отбоя. И вновь сим-карта была раздавлена каблуком байкерского сапога.
— Что ты наделал… — бессильно прошептала Бриджит. — Что ж ты наделал…
Троица некоторое время хранила молчание, стараясь не смотреть друг на друга, дабы не спровоцировать взрыв взаимных обвинений и упреков.
— Надо уходить отсюда, — наконец прошептала О'Нил, с трудом поднимаясь с пола. — Дай мне еще коньяку хлебнуть, а то я идти не смогу.
Катрин протянула ей бутылку с остатками коньяка и О'Нил сделала огромный глоток, потом еще один. — Хватит! — с опаской сказала Катрин. — Ты опьянеешь.
— Я ирландка, — усмехнулась Бриджит через силу. — Чтоб свалить меня с ног, нужна пинта, не меньше…
— Дамы, нам пора, — Фафнир торопливо дожевывал кусок багета с колбасой. — Даем деру отсюда, пока нас не…
— Поздно, — Бриджит достала из-за пояса пистолет. — Слышите? Они уже здесь.
И действительно, в глубине фойе, с той стороны, откуда они все пришли еще час назад, и куда ушел бестолковый клошар, послышались нестройные шаги.
— Бриджит, — умоляюще прошептала Катрин, — пожалуйста, не надо больше стрелять…
— Я не сдамся этой гадине, — упрямо тряхнула О'Нил рыжими кудрями. — Я не вернусь больше в Холуэй.
Из-за угла показался Кусто: — Hey toi le barbu![442] — крикнул он Фафниру. — Иди скорее, помоги!
Фафнир в недоумении застыл, а клошар, безнадежно махнул рукой — И-эх! — и, достав из складок одежды непочатую бутылку коньяка, свернул ей крышку и присосался к горлышку, издавая неприлично громкое бульканье.
— Где Бас? — в шоке прошептала Бриджит. Кусто пробормотал что-то по-французски, пожав плечами.
— Что? — поднял брови Фафнир. — Кто идет?
— Запах ему мой не понравился, скажите на милость! Я тут их кормлю, пою, жизни им спасаю… А он мной брезгует…
И тут из-за угла появился Себастьян — на его плече повис еще один человек — такой же длинный и светловолосый.
— Олег! — крикнула Катрин, подбегая к ним и подхватывая Рыкова под другую руку. Вместе с Себастьяном они осторожно положили его на расстеленный кусок линолеума. Катрин стянула с шеи алую шаль и, скатав ее в валик, подложила ему под голову.
— Что с ним? — Катрин чуть не плакала.
— Он еще не до конца отошел от удара током, — объяснил Себастьян. — Я вколол ему поддерживающий сердце препарат, но все же нужен покой.
— Катрин, — простонал Олег чуть слышно. — Катрин…
— Ну вот, опять! Вечно он ее зовет… — подала голос Бриджит и, пошатываясь, подошла к ним. — Слава богу, ты пришел… Ну какой же ты… mac soith[443]…
— Не ругайся, Meine Liebe, — Бас поднялся с колен и прижал девушку к себе. Она жалобно взвизгнула. — Что с тобой?..
— Ничего! — гордо ответила экс-боевик ИРА.
— У тебя болит плечо? — догадался он, видя, как она схватилась за руку. — Покажи.
— Не стоит, — пробормотала она. — Меня уже перевязали.
— Я ее перевязала, — Катрин подняла голову и посмотрела Басу в лицо. — Но вероятно, вам все же стоит взглянуть.
— Вы… вы… — Себастьян потерял дар речи, не в силах оторвать от нее глаз. Бриджит это заметила и треснула его по затылку подвернувшимся ломтем багета. — Я вас узнал. Вы его Катрин.
— Я не его Катрин, — сухо возразила она. — Я просто — Катрин.
— Да, да, простите, я понимаю… — он перевел дыхание. — Mannomann![444].
— А еще точнее, — она поднялась с колен. — Я Катрин Булгакоф.
— Как вы сказали? — растерялся Бас. — Булгакоф? Так это я с вашим мужем разговаривал час назад?
— Что?!! Где?
— У моей бабушки… вернее, прабабушки…
— А кто у нас прабабушка? — ядовито поинтересовалась она.
— Его прабабушка — мадам Перейра, чтоб ей провалиться, — буркнула Бриджит.
— Я люблю мою прабабушку, Meine Liebe, — спокойно возразил Себастьян. — Она хорошая и очень добрая.
— Я сейчас распл
— Это лишнее, — улыбнулся Бас. — Просто будь добрее. Покажи мне руку. Очень неохотно Бриджит снова высвободила руку из куртки и закатала рукав свитера. Бас одобрительно оглядел повязку: — Отлично сработано. Сейчас я тебе вколю антибиотик, и сразу станет лучше. — Он перевел взгляд на Катрин. — Мне Джош рассказывал, как вы спасли ему жизнь.
