— Жива, жива, — закивала монахиня. — Что ей сделается! Помогите мне передвинуть вот это, — кивком головы она указала на большой старинный сундук, окованный металлом.
Джош вместе с Басом взялись за сундук и стали оттаскивать его от стены — под ним оказался люк в подвал — запертый на замок.
— Открывай! — приказал Джош.
— Простите! — захныкала монахиня. — Но у меня нет ключа!
— То есть вы держите ребенка в запетом подвале? — ирландка вскипела.
— Нечего сказать, приют милосердия! У кого ключ?!
— У матери-настоятельницы! — воскликнула сестра Аньес. — Я не виновата, не убивайте меня! — и вдруг завизжала голосом, переходящим в ультразвук:
— Помогите! Помогите!
— Заткни ей глотку! — рявкнул Джош.
— Что здесь происходит? — дверь распахнулась и на пороге появилась женщина лет шестидесяти, в джинсах, свитере, и теплой куртке нараспашку. На руках у нее были плотные садовые перчатки.
— Вы кто?! — требовательным тоном спросила она, хмуро оглядывая всю компанию. — Сестра Аньес! Что здесь происходит?
— Матушка, я не виновата! Эти бандиты требуют, чтобы я отдала им девочку!
— Отпустите ее, — приказала женщина Бриджит, которая крепко держала монахиню за локоть. — Я мать Элоиза. Говорите со мной.
Как только пальцы ирландки разжались, сестру Аньес словно ветром сдуло — она молниеносно исчезла за дверью.
— Итак, что вам нужно? — поинтересовалась мать Элоиза у Джоша, инстинктивно признав в нем главного.
— Мы ищем девочку двенадцати лет. Ее привез сюда Андре Готье.
— Понимаю. Но кто вы?
— Мы рыцари Паллады, — подал голос Себастьян и Джош поморщился, что не осталось незамеченным матерью-настоятельницей. Она смерила их подозрительным взглядом:
— Вы палладины? Кто вас сюда направил?
— Мадам де Бофор, — нехотя ответил Джош.
— Вы уверены? — едко усмехнулась настоятельница. — И с какой же целью?
— Мы же сказали — ищем девочку.
— Но ее здесь нет, — пожала плечами настоятельница.
— То есть как — нет?
— Вот так. Вас опередили.
— Кто?
— Мадам Магистр прислала за ней оруженосца. И он ее увез.
— Проклятие! — воскликнула Бриджит.
— Дочь моя, следите за языком, вы на освященной земле, — заметила мать-настоятельница.
— Да провалитесь вы, — фыркнула ирландка, но Бас успокаивающе сжал ей руку.
— Как давно ее увезли? — продолжал Джош допрос.
— Не так давно.
— А точнее?
— Час назад, может чуть больше. А теперь — уезжайте, и побыстрее! Иначе я буду вынуждена обратиться с жалобой в «Око».
— Один только вопрос, мадам.
— Только один.
— Кто увез девочку?
— Я не знаю его имени.
— Но хотя бы — как он выглядел?
— Это уже второй вопрос. Но я вам отвечу. Ему лет тридцать или около того, среднего роста, темноволосый, с бородой.
Троица переглянулась:
— Фафнир, — подала голос Бриджит.
— Боюсь, ты права. И учитывая, что он из свиты Изабель…
— Ш-ш… — Себастьян покосился в сторону матери Элоизы.
— Он был один? — голос Джоша дрогнул — совсем чуть, только Бас это заметил.
Мать настоятельница гневно нахмурилась: — А это уже третий вопрос, сын мой.
— Прошу вас, мадам! — хоть он и был теперь безукоризненно вежлив, угроза прозвучала несомненная.
— Он был один. А теперь — убирайтесь вон!..
…— Что будем делать? — Их достаточно бесцеремонно вытолкали за ворота монастыря, и теперь Джош вопросительно смотрел на свою команду. Бриджит зябко куталась в куртку, а Себастьян заботливо поправлял на ее голове алую шаль.
— Эй, голубки, очнитесь! — прикрикнул на них Джош.
— Ты сам-то как? — обеспокоенно спросил коронер, и ухватил босса за запястье. — Не дергайся! — Он посчитал Джошу пульс, и, недовольно качнув головой, отпустил.
— Как ты себя чувствуешь?
— Нормально. Меня беспокоит, что Фафнир был один. Куда он дел Катрин?
— Ты же приказал ей отправляться на улицу Жирардон, — здраво заметил Бас. — Может, он ее туда отвез?
— Ты не знаешь Катрин, — Джош выглядел встревоженным. — Если она заупрямится, то переубедить ее не представляется возможным.
— Как мне это знакомо, — Себастьян оглянулся на Бриджит.
— И тем более, он не опередил бы нас, если б сначала повез ее на Монмартр.
— Он мог отправить ее на такси, — вставила Бриджит. — Не волнуйся.
Джош сокрушенно покачал головой:
— Ладно. Надо поесть. Иначе мы долго не продержимся.
— Я — за! — воскликнул Себастьян. — Последний раз ел утром у бабушки.
— Достал со своей бабушкой, — проворчал Джош.
— А может нам поехать к старой… ой! К мадам Перейра? — робко спросила Бриджит.
— Оставим это на крайний случай, — Джош покачал головой. — Тем более там находится человек, встречи с которым мне бы крайне хотелось избежать.
— Herr Bulgakoff? — Бас вспомнил знаменитого коллегу. — Муж Катрин?
— Именно.
— И твой бывший друг?
— Схватываешь на лету, — Джош покосился на Бриджит, которая с интересом прислушивалась. — Но хватит трепать языком. Пойдем, поищем здесь какую-нибудь brasserie.
— В конце улицы я видел пиццерию, — сказал Бас. — Можем поесть там.
— А я бы выпила чего-нибудь, — заявила Бриджит. — Нервы не выдерживают.
В конце улицы Пьер Бютен они нашли кафе, с итальянским сапожком над входом. Вслед за улицей забегаловка называлась «Pietro» и располагалась в rez-de-chaussée старинного трехэтажного дома.
