А на деле у тебя был более интересный путь: ты бы не получил заказ, психанул, уволился бы на фиг и нашел другую работу, где более полно бы реализовался, например, стал писателем, и твои новые книги несли бы свет и добро людям. А то и вовсе просветлел бы и понял, что деньги не главное, стал бы сильнее, мудрее. Или пошёл бы напиться в бар, а там встретил любовь всей жизни. А ты рад этому контракту и даже не представляешь, как сам себя обкрадываешь.
— Ну, может, мир потом приведёт меня окольными путями к тому, что должно быть, — ответил я. — Мне не кажется, что мы настолько круты, чтобы переть против мира. Если оно уж совсем противоречит, то не получится.
— Получится, — кивнула Лея. — Мандала и прочие магические штучки — это и есть техника взлома реала. Хотя насчёт предназначения, может, ты и прав, выправится, но ты потеряешь время.
Я пожал плечами. В такую разрушительную силу мандалы мне не особо верилось.
— Ясно. Ну, думаю, я потеряю что-то хоть как-то связанное с некромантом, а комната и отец встрече с ним не мешают, — заключил я. — А какие-то будущие штуки, я их не вижу, так что и горевать будет не о чем.
— О, я придумала страшное для тебя! — воскликнула Лея. — Ты приходишь домой, а Лидуня сидит жива-здорова и с отцом чай пьёт! А в руке у неё крюк!
— Вот давай на ночь без этого, — возмутился я. — И так всякая хрень снится.
— Ну ладно, — улыбнулась Лея. — Я не так жёстко сложила твою мандалу, чтобы вызвать такие последствия. А кстати, что тебе сегодня снилось?
Я поделился сном про Такну и последними бредовыми петлями про Коляна и Рыжего, стоящих за рекой. Вот эти сны Лее не понравились больше.
— Вот я и говорю, у меня в раскладе тринадцатый аркан выпадает всё время, — пробормотала она. — А по ту сторону реки часто снятся мёртвые.
— Ну хватит нагнетать, — возмутился я. — Может, это просто потому, что они с некромантией связаны и всё такое.
Девушка пожала плечами и посмотрела на разгорающийся закат:
— А знаешь, когда ты рассказывал про твоё воплощение и жрецов смерти, вспомнила: у меня был знакомый, который тоже говорил про ворота для душ умерших, которые открываются на закате и рассвете. Он видел, а я, сколько ни пыталась — нет. Тогда я ему не поверила, а теперь вот думаю…
Она замолчала и продолжила смотреть в багровое небо.
— Надо смотреть в расфокусе, не концентрируясь ни на чём, — прошептала Лея.
Я взглянул на её лицо, оно было настолько сосредоточенным и одухотворённым одновременно, что отвлекать девушку ещё одним вопросом расхотелось. Пришлось тоже уставиться на закат. Если подумать, не так уж часто мне приходится расслабляться на балконе и созерцать небо. А в этот раз оно было ничего: полыхало всеми оттенками красного, перистые облака подсветились оранжевым, а над ними пролегла бирюзовая полоса. Солнце походило на прищуренный красный глаз огромного хищника, спрятавшегося за облаками. А вон там и чёрный хвост, извивается и стелется над горизонтом, или даже над садом, над деревьями. Я смотрел на чёрный шлейф, который тянулся к высотке МГУ и пропадал. Чем больше я вглядывался, тем отчётливее было видно движение и темнее становился шлейф. Даже стало слышно шелест, который распался на тысячи разноголосых шепотов. И этот шёпот влился мне в уши. Над шпилем высотки МГУ вспыхнул сноп света, уходящий вверх, а вниз упало его чёрное отражение…
— Твою мать! — я подпрыгнул со стула, свалив его на пол, и закрыл лицо руками.
— Андрей, что с тобой? — на плечи легли прохладные руки Леи.
— Кажется, глюканы, — прошептал я и выглянул в дырку между пальцев. Никакого шлейфа за окном не было. — Или, правда, эти ворота существуют.
Я посмотрел на высотку, и там снова замельтешило, сгущаясь, чёрное. Голова стала тяжелой, и в ушах начало шуметь.
— Фу, блин! — я тряхнул головой и выскочил с балкона. — По ходу, это оно. Души умерших над МГУ. Либо я спятил.
— Ты правда-правда видел?! — воскликнула Лея. — Ворота? И как они?!
— Да приятного мало. Как в моём сне.
Но Лея не угомонилась, пока я подробно не описал ей всё увиденное и услышанное.
— Так это здорово! — воскликнула девушка. — Знаешь, что это значит?
— Что неорганы не врут, я и вправду угробил своего ученика, — заключил я.
— То, что ты можешь вытаскивать способности из своих прошлых воплощений! — воскликнула Лея. — Понимаешь?!
Я перебрал в памяти предыдущие воплощения: алхимик и дети во сне. Там вроде не было способностей, не проверишь.
— Или даже знания! — продолжала девушка. — Что ты ещё мог?
— Только в этом воплощении — видеть всякую мертвечину, — вздохнул я. — Остальные два без способностей вроде. Но это правда интересное открытие. Надо придумать, как это использовать. А! Ещё ауры видел, как светятся.
— А ну, смотри на меня! — Лея встала посреди кухни и растопырила руки. — Смотри, вокруг тела что-то видишь?
Я долго пялился, и даже показалось, что увидел какое-то свечение у головы девушки, но эффект быстро исчез.
