Ещё вчера я жил спокойной жизнью: непыльная работа в офисе, вечерние посиделки в баре с друзьями, объятия любимой девушки по ночам. Но в один день всё изменилось. Вернее в одну ночь.Думал ли я, что сны могут быть смертельно опасны? Кто эти люди, что нападают на меня во сне? Мир открывает мне новую реальность и предлагает поиграть в смертельную игру, приз в которой — моя жизнь, а поле боя — осознанные сновидения.
Я шёл по мокрому серому тротуару, стараясь не наступать в лужи. Странно, в начале мая обычно прохладно, но это утро выдалось на удивление тёплым. Будто кто-то отрегулировал температуру, настроив оптимальный режим. В наушниках играла песня «Пилота»:
Наконец-то можно вот так просто идти, слушать музыку и кивать в головой в такт. Просто замечательное утро! И тут кто-то шлёпнул меня по плечу и сбил наушники.
— Эй, человек!
Совсем обалдели, что ли?! Я чудом успел подхватить наушники, уберегая их от падения на асфальт, и обернулся.
За спиной стояли двое — худые высокие парни с белыми, словно седыми, волосами и абсолютно одинаковыми лицами. Близнецы, что ли? Вообще похожи на каких-то фриков, упакованных в кожаные куртки и узкие чёрные джинсы. Но самым странным было другое — их глаза светились: у одного фиолетовым, а у другого оранжевым.
Я несколько раз моргнул и помотал головой, прежде чем попытался придумать объяснение увиденному. Линзы с таким эффектом? Или это новая гиковская примочка? Катька моя многое бы отдала, чтобы заманить этих парней моделями в свою студию.
Две пары светящихся глаз смотрели внимательно.
— Чего вам? — спросил я, мысленно окрестив близнецов Фиолетовым и Оранжевым.
— Мы заблудились. Хотели спросить дорогу, — тонкие бледные губы Фиолетового растянулись в фальшивой улыбке. Фрик явно издевался. — Но теперь поняли, что уже на месте. Поехали с нами, прокатимся.
Оранжевый махнул узкой ладонью в сторону черного Лексуса, припаркованного на обочине. Машина хищно блеснула фарами, будто живая.
— Нет, спасибо, — я отступил на шаг. — Лучше пешочком прогуляюсь.
— Ты не понял, это не приглашение! — нагло заявил Фиолетовый и протянул ко мне руку.
Вот он, опасный момент. Пора действовать!
Я развернулся и побежал. Будь это какой-нибудь кассовый боевик, врезал бы Фиолетовому дрищу апперкотом и второго вырубил ударом в голову. С ноги. А потом угнал бы их здоровенный чёрный «Лексус» и поехал кататься по Москве, сбивая урны. Но это была обычная жизнь, и я бежал. Потому что от психов и золотой молодежи — а эти ребята, скорее всего, были и тем и другим — лучше держаться подальше.
В психушку бы их! Или в милицию… то есть в полицию!
Мощный удар в спину сбил меня с ног. Асфальт встретил мягко и совсем не больно. Показалось, или он чуть спружинил? Я перекатился на бок и поднял взгляд очень вовремя: Фиолетовый держал в руке длинный кожаный хлыст с белой резной рукоятью. Лихо щёлкнув им в воздухе, он замахнулся.
И тут завыли сирены. Близнец отвлёкся, промедлил, и я успел увернуться: кожаная вёревка просвистела у левого уха. А из невесть откуда взявшегося броневика повалили омоновцы — прямо к фрикам. Следом подъехала скорая с мигалкой и яркими красными крестами на белых боках.
Ни фига себе! Да неужели?!
— Неплохая попытка! — крикнул Фиолетовый и встал спиной к брату, занимая круговую оборону.
Дальше начался настоящий кошмар.
Фрики вытянули руки перед собой, пальцы на них стали удлиняться, превращаясь в длинные стальные когти. Пара стремительных движений — и несколько омоновцев упало на асфальт. Вода в лужах покраснела. Отряд отступил, а фрики продолжали изменяться: их волосы вспыхнули — даже нет, просто стали пламенем, фиолетовым и оранжевым, как и глаза. Потом один из них открыл рот, выдыхая сноп цветного огня. Через мгновение к нему присоединился собрат. Пламя слилось, окружив их оранжево-фиолетовым кольцом, крутнулось воронкой, сметая всё на своём пути. Хищные языки огня дотянулись до скорой, автобуса омоновцев и вдруг опали, оставляя после себя лишь пепел. Всё действо заняло несколько секунд. Фрики повернулись ко мне. Глаза их полыхали смертоносным огнём. Один протянул руку…
И вот тогда я заорал. Громко, во весь голос, мне даже показалось — оглушительно. Чудовища кинулись ко мне. Стальной коготь успел чиркнуть по предплечью, распарывая ткань, взрезая кожу и… я проснулся.
— Твою ж мать!
Белый потолок, пафосные обои с вензелями — Катька выбирала. Из-под тяжёлых штор пробивалась узкая полоса света. Значит, уже утро.
Я сел на постели. Спальня, она же гостиная, в моей однушке на окраине Москвы. А это просто сон. Вот и Катька рядом сопит.
Тут зазвонил будильник на смартфоне. Я зло ткнул его, отключая. Не мог на пять минут раньше сработать, андроид недоделанный?! Такого страху натерпелся.
Катька заворочалась, потянулась и приоткрыла глаза.
— Спи — спи, — я погладил её мягкие каштановые волосы. Катькин рабочий день начинался на час позже моего, и она часто оставалась нежиться в постели.
Но в этот раз девушка явно не хотела досыпать. Её маленькая ручка с нежно-розовыми ноготками выскользнула из-под одеяла, легла мне на бедро. Тонкие пальчики заскользили дальше, к низу живота.
— Хочешь, чтобы я опоздал на работу? — прошептал я, наклоняясь к девушке.
