Кто-то получал удовольствие от попыток покончить со мной один раз в год — вот и все. Когда из этого ничего не получалось, очередное покушение откладывалось до следующего 30 апреля. Нечто вроде игры.
В этом году мне и самому хотелось немного развлечься. Главная проблема заключалась в том, что он — впрочем, может быть, она или оно, — казалось, никогда лично не выходил на сцену; мой тайный недоброжелатель наносил удар издали, руками наемников или при помощи разнообразных приспособлений. В дальнейшем я буду называть этого типа "Т" (что в моей личной космологии означает "трус*, а иногда "тупоголовый"), потому что "X" — слишком затерто, к тому же я не люблю связываться с местоимениями сомнительной репутации.
Я ополоснул чашку и кофейник и поставил их на полку. После чего захватил рюкзак и покинул свою квартиру. Мистер Маллиган отсутствовал или спал, поэтому я оставил ключ в его почтовом ящике и зашагал по улице в сторону ближайшего кафе, где намеревался позавтракать.
Транспорта было совсем немного, а все проезжающие автомобили вели себя пристойно. Я шел медленно, прислушиваясь и внимательно поглядывая по сторонам. Свежее утро обещало отличный день. Я надеялся, что сумею быстро разделаться со всеми делами, так что у меня еще останется время насладиться прекрасной погодой.
До кафе я добрался целым и невредимым. Возле окна нашлось свободное место, на которое я и уселся. Когда ко мне подошла официантка, чтобы принять заказ, я заметил на улице своего приятеля, бывшего однокашника, а позднее коллегу Люкаса Рейнарда*: шести футов росту, рыжего, красивого, несмотря на артистично сломанный нос — а может быть, и именно благодаря ему, — обладателя манер и голоса удачливого коммивояжера, коим он и являлся.
Я постучал в окно, он меня увидел, помахал рукой и вошел в кафе.
г- Мерль, я оказался прав, — сказал Люк, подходя к моему столику и хлопнув меня по плечу. Потом он уселся напротив и вынул из моих рук меню. — Я не застал тебя на квартире и догадался, что ты здесь.
Он уставился в меню и принялся подбирать себе еду.
— С какой стати? — спросил я.
— Если вам нужно подумать, я подойду попозже, — заявила официантка.
— Нет, — возразил Люк и сделал огромный заказ. Я последовал его примеру. — Потому что ты раб своих привычек.
— Привычек? — переспросил я. — Теперь я почти не ем здесь.
— Знаю, — усмехнулся Люк, — но когда возникала стрессовая ситуация, ты всегда заявлялся сюда. Ну, перед экзаменами… или если тебя что-то беспокоило.
— Хм-м, — сказал я. В этом действительно что-то было, хотя раньше мне никогда не приходило в голову вывести подобную закономерность. Я повертел в руках пепельницу с изображением головы единорога, уменьшенной копией рисунка на стеклянной перегородке у входа. — Не знаю. А с чего ты взял, что меня что-то беспокоит?
— Я вспомнил о твоих параноидальных страхах относительно 30 апреля, тех, что появились после парочки неприятных происшествий.
— Их было заметно больше двух. Просто я не рассказывал.
— Значит, ты все еще в это веришь?
— Да.
Люк пожал плечами. Подошла официантка и налила нам кофе.
— Ну что ж, — не стал он спорить. — Сегодня уже произошло что-нибудь?
— Нет.
— Очень плохо. Надеюсь, это не мешает тебе думать о других вещах?
Я попробовал кофе.
— Совершенно не мешает, — заверил я Люка.
— Отлично. — Он вздохнул и потянулся. — Послушай, я приехал в город вчера вечером…
— Удачно съездил?
— Установил новый рекорд по продажам.
— Поздравляю.
— Так или иначе… я только сейчас узнал, что ты уволился.
— Да, около месяца назад.
— Миллер пытался с тобой связаться. Ты отключил телефон? Он даже несколько раз заходил к тебе, но не смог застать дома.
— Какая жалость.
— Миллер хочет, чтобы ты снова у них работал.
— Я с ними расстался, окончательно и бесповоротно.
— Ты бы сначала выслушал их предложения. Брейди пошел на повышение, тебя хотят назначить главой конструкторского бюро — с увеличением оклада на двадцать процентов. Миллер поручил мне сообщить тебе это.
Я негромко рассмеялся:
— Действительно заманчивое предложение. Но я ведь уже сказал — с этим покончено.
— Ясно. — Глаза Люка заблестели, и он хитро улыбнулся. — Значит, у тебя есть что-то на примете. Миллер оказался прав. В таком случае он просил передать, что готов предложить более выгодные условия.
Я покачал головой:
— Похоже, ты не расслышал. С этим покончено. Точка. Я не хочу возвращаться. И не собираюсь поступать на работу в другое место. Мне осточертели компьютеры.
— Но ты же в них здорово разбираешься!.. Намерен преподавать?
— Нет.
— Черт побери! Должен же ты чем-нибудь заниматься! Может, тебе досталось солидное наследство?
— Нет. Просто хочу немного попутешествовать. Я слишком засиделся на одном месте.
Люк поднял чашку с кофе и в несколько глотков осушил ее. Потом откинулся на спинку стула, сложил руки на животе и слегка прикрыл глаза. Немного помолчал.
— Ты сказал, что покончил с этим, — наконец снова заговорил он. — Ты имел в виду свою жизнь и работу здесь или кое-что еще?
— Ты это о чем?
