Я взял Коннера за руку и потянул его в комнату за собой. Там все было как на картинке: гобелены на стенах, изображавшие сражавшихся друг с другом драконов, разнообразная мебель — деревянные стулья странной формы, мягкий красный диван, низкий овальный столик. Пол покрывали толстые, красные с позолотой ковры.
И там никого не было. Наконец-то, немного везения!
Пока я осматривался, на меня накатило головокружение, а затем и тошнота. Пол как будто выскальзывал у меня из-под ног. Я пошатнулся.
— Полегче! — сказал Коннер, поддерживая меня под руку.
— Мне просто снова надо к этому привыкнуть… — выдавил я.
Когда я впервые оказался во Владениях Хаоса, все было намного хуже — я отключился на три дня, так что отцу, в итоге, пришлось будить меня магией. И все же, мне понадобилось еще несколько дней, чтобы «пообвыкнуться в Хаосе», как назвал это Эйбер.
Теперь я мог смириться с головокружением и дискомфортом. Все хорошо, пока я не падаю в обморок. В этот раз должно пройти через пару минут.
— Вот… возьми.
Я протянул Коннеру Козырь Эйбера, и он убрал его в свою колоду. Я бы тоже предпочел, чтобы моя колода все еще была у меня.
Коннер прошелся по комнате, беря мелкие предметы, опознать которые с ходу я не мог, и ставя их на место. Я двинулся следом за ним. Постепенно, перед глазами все перестало плыть. В этот раз потребовалась всего пара минут.
— Думаю, я готов, — произнес я. — Где мы, по-твоему? В покоях Эйбера?
— Наверное. Хотя личных вещей в этой комнате нет. Он явно здесь не живет.
— По крайней мере, тут безопасно, — отозвался я. — Не знаешь, насколько далеко могут быть покои Свейвилла?
— Понятия не имею. Но мы, наверное, находимся как можно дальше от них.
— С чего ты взял?
— Будь ты королем Хаоса, оставил бы ты Эйбера дежурить около своей спальни?
— Веский довод, — наш брат предал стольких людей, что я и близко не подпустил бы его к месту, где сплю!
— Итак, — вслух размышлял я, — нам надо выбраться отсюда, пересечь весь дворец незамеченными, пробраться в личные покои Свейвилла и обокрасть его, пока он спит.
Коннер усмехнулся.
— Какой безумный план, а?
— А лучший способ это сделать… — закрыв глаза, я сосредоточился на лице и теле Свейвилла, и через пару секунд трансформация была окончена. Иногда неплохо уметь менять облик. Теперь я выглядел в точности так же, как король Хаоса при нашей последней встрече.
Подняв руки, я осмотрел мою новую, слегка более темную и морщинистую, немного напоминавшую змеиную кожу. Да, сойдет.
Коннер окинул меня критическим взором.
— Неплохо, — произнес он. — Но никого во дворце ты не обманешь.
— Что не так? — я гордился своей способностью менять облик и почувствовал себя слегка задетым. — Скажи мне, и я исправлю.
— Одежда, — ответил Коннер. Он помахал на весь мой наряд. — Свейвилл никогда бы так не оделся.
Я опустил взгляд. В его словах был смысл — возможно, моя внешность и играла свою роль, но король Хаоса никогда не появлялся на публике в обычной полотняной рубахе и брюках вместе с простыми солдатскими сапогами.
Торопливо оглядев комнату, я не увидел ничего, отдаленно напоминавшего шкаф или гардероб. Хотя Свейвилл не стал бы держать свои мантии в комнате Эйбера…
— Итак — куда пойдем дальше? — беспомощно спросил я. Назад в Амбер? Конечно, замковый портной мог соорудить мне что-нибудь, но Старый Джед славился, скорее, качеством, чем скоростью.
— Я об этом позабочусь. Знаю, ты меня не просто так с собой взял, но я и представить не мог, что придется стать твоим камердинером!
Он протянул руку, секунду пошарил в воздухе и вытащил узел с одеждой из пустоты… Опять этот фокус Логруса. В миллионный раз я пожалел, что не умею так же.
— Вот, — он сунул мне одежду, — надевай.
Развязав узел, я обнаружил темно-красную мантию, расшитую рубинами. Вдоль воротника серебряными и золотыми нитями была вышита шахматная клетка.
Я быстро переоделся и сунул свою старую одежду за диван. Надеюсь, в ближайшее время ее никто не найдет.
— Теперь лучше?
Коннер медленно обошел меня, изучая мою маскировку. Наконец, он кивнул.
— Пойдет, — произнес он.
Я начал успокаиваться. Возможно, дело окажется не таким уж трудным.
— Теперь осталось только твое лицо поправить, — добавил Коннер.
— Что! Я его неправильно скопировал?
— Да — совершенно.
Я коснулся своего подбородка, щек, лба — все было на своих местах — и погладил короткие колючие седые волосы. Все как будто было в порядке. Я что-то упустил? Я задумчиво пожевал нижнюю губу.
— Что именно мне надо изменить?
— Твое лицо. Оно кажется слишком самодовольным и счастливым. Так не пойдет, если ты собрался изображать Свейвилла. Ты должен казаться злым. Или хотя бы слегка раздраженным. Помни, он часто хмурится. Никогда не улыбайся — разве что кто-то собрался помирать. Единственный раз, когда я видел его действительно довольным, был во время публичной казни.
Я нахмурился, пытаясь понять, как правильно изменить выражение. Глядя на меня, Коннер кивнул.
— Намного лучше. Думаю, ты ухватил суть!
— А как же ты? — спросил я.
