— Я следил за его лицом, — сказал Мандор. — На нем не было изумления, только усмешка.
— Думаю, ты прав, — согласился я. — А кто вправил тебе руку, если Рэндом был в мастерской, а Дворкин слинял?
— Я, — ответила Виала.
— Значит, ты один видел, как они исчезли? — спросил я.
Мандор кивнул.
— Я зачем тебя и позвал, — сказал Рэндом. — Мандор не знает, куда они подевались. Может, ты что-нибудь предположишь. Вот.
Он показал мне цепочку, с которой свешивалась пустая металлическая оправа.
— Что это?
— Главнейшее из коронных сокровищ, — отвечал он. — Камень Правосудия. Это они оставили мне. А Самоцвет забрали.
— Ох, — сказал я. Потом: — У Дворкина в руках он будет в полной безопасности. Старик говорил, мол, спрячет его в надежном месте, и никто больше его не знает…
— А если он снова свихнется? — спросил Рэндом. — И вообще, я не собираюсь обсуждать его достоинства как хранителя. Я хочу знать, куда он умотал вместе с Камнем.
— Не думаю, чтоб он оставил следы, — произнес Мандор.
— Где они стояли? — спросил я.
— Здесь, — указал он здоровой рукой. — Справа от кровати.
Я встал на место, перебирая новообретенные возможности в поисках самой подходящей.
— Чуть дальше от изголовья..
Я кивнул, чувствуя, что совсем несложно будет заглянуть в такое близкое прошлое.
Мелькнули радужные призраки, сгустились в силуэты. Стоп.
Силовая линия от кольца протянулась вслед Дворкину и Корал, поочередно вспыхивая всеми цветами спектра, прошла сквозь портал, который тихо схлопнулся за их спинами. Держа ладонь козырьком, я как бы заглянул вдоль линии.
…в огромную залу, где слева висели шесть гербов, справа — множество знамен и стягов. Передо мной в исполинском камине гудело пламя.
— Я вижу, куда они перенеслись, но не знаю, где это.
— А есть ли способ показать это место нам? — спросил Рэндом.
— Возможно, — сказал я и, еще не договорив, понял, что способ действительно есть. — Смотрите в зеркало.
Рэндом подошел к зеркалу, сквозь которое провел меня Дворкин, — как давно это было?
— Кровью зверя на полюсе и раковиной, расколотой в центре мира, — продекламировал я, чувствуя необходимость воззвать к двум из подвластных мне сил, — да увидим!
Зеркало покрылось изморозью, а когда очистилось, в нем был тот же украшенный знаменами зал.
— Провалиться мне на этом месте, — пробурчал Рэндом. — Он доставил ее в Кашфу. Хотел бы я знать — зачем.
— Как-нибудь научишь меня этому фокусу, брат, — заметил Мандор.
— Раз я так и так собрался в Кашфу, — сказал я, — будут ли какие-нибудь особые поручения?
— Поручения? — переспросил Рэндом. — Просто узнай, что происходит, и сообщи мне, ладно?
— Конечно, — кивнул я, вынимая колоду.
Вайол подошла и взяла мою руку, словно прощаясь.
— Перчатки, — заметила она.
— Стараюсь соблюдать формальности, — объяснил я.
— Корал, похоже, чего-то боится в Кашфе, — прошептала Виала, — она бормотала это во сне.
— Спасибо. Я готов ко всему.
— Ты можешь говорить так для уверенности, — сказала она, — но себя тебе не убедить.
Я рассмеялся и поднял карту к глазам, делая вид, что смотрю на нее, хотя на самом деле расширял силовую линию, связывающую меня с Кашфой. Я заново открыл дорогу, по которой прошел Дворкин, и шагнул.
Я стоял в сером каменном зале, украшенном гербами и флагами, на полу, присыпанном камышом, среди грубой мебели, перед огромным камином, бессильным просушить сырой, пахнущий стряпней воздух. В зале никого не было, хотя со всех сторон доносились голоса и звуки настраиваемых инструментов. Я поспел к самому торжеству. Минус этого способа передвижения, в сравнении с Козырем, один: никто меня не встречал, никто ничего не объяснял. Выигрыш — тот же; то есть, если я хочу высмотреть что-либо украдкой, сейчас самое время. Кольцо, этот истинный кладезь колдовской премудрости, отыскало заклинание, делающее меня невидимым, и я им тут же воспользовался.
С час я бродил по крепости. Внутри главной стены располагались четыре больших здания и много маленьких. За первой стеной обнаружились еще одна, и еще одна — чуть дальше: три круга увитой плющом обороны. Я не заметил обычных разрушений — похоже, войска Далта не встретили отпора. Не видно было пожаров и грабежей; думаю, Ясра заплатила, чтоб семейное достояние вернули ее сыну в целости и сохранности. Войска занимали все три круга — я послушал разговоры и узнал, что они останутся на время коронации Солдаты стояли и на центральной площади — они зубоскалили над местными гвардейцами в парадных мундирах, строящимися для коронационной процессии. Впрочем, шутки звучали довольно беззлобно; видимо, и тем и другим нравился Люк, к тому же, как я понял, многие гвардейцы и наемники были знакомы между собой.
Первоединорожий Храм Кашфы (примерно так можно было перевести название) высилсась по ту сторону площади, прямо напротив дворца. Здание, в которое я попал с самого начала, оказалось одной из служебных пристроек, где толклись наскоро созванные гости, слуги, придворные и зеваки.
