Деспил помог Юрту взять курс на Край; фандон волочился за ним как сломанное крыло. Я не спеша последовал за ними. Мандор, сын Савалла, мой сводный брат, положил руку мне на плечо.
— Я знаю, ты не хотел.
Я кивнул и закусил губу. Деспил, безусловно, прав, говоря о Даре, нашей матери. Ее любимчик Юрт внушит ей, что во всем виноват я. Нередко я чувствовал, что сыновей от Савалла — старого Князя Края, за которого вышла замуж, оставив моего отца, — она любит больше, чем меня. Однажды я услышал, как она сказала, что я слишком напоминаю ей моего отца, на которого я в самом деле очень похож.
Я снова подумал об Амбере и о других местах в Тени. И с обычной дружью подумал об извилистом Логрусе — моем проездном в иные края. Похоже, мне придется войти в него раньше, чем я планировал.
— Давай навестим Сухая, — предложил я Мандору, когда мы поднялись над бездной. — Мне надо еще кое о чем его расспросить.
…В колледже я не тратил много времени на письма домой.
— …домой, — говорила Винта. — Уже скоро… Выпей воды, — И она подала мне флягу.
Я сделал несколько больших глотков и отдал ей флягу.
— Спасибо.
Я потянулся, расправил сведенные судорогой конечности, вдохнул холодный морской воздух и взглянул на луну, висевшую над моим левым плечом.
— Ты в самом деле полностью отключился, — сказала Винта.
— Я говорил во сне?
— Нет.
— И хорошо.
— Видел дурной сон?
Я пожал плечами:
— Бывают и похуже.
— Ты вскрикнул — как раз перед тем, как я тебя разбудила.
— В самом деле?
Вдалеке, на оконечности темного мыса, я увидел огонь. Винта жестом указала мне на него.
— Когда мы обогнем мыс, увидим гавань Бейльпорта. Там нас ждет завтрак. И лошади.
— А как далеко оттуда до Лесного дома?
— Около лиги, и дорога удобная, — ответила девушка.
Потом она сидела молча рядом со мной, глядя на берег и море. В первый раз я вот так запросто сидел с ней, ничего не делая и ни о чем не думая. И мое волшебное чутье подсказывало мне, что я нахожусь под магическим влиянием. Не просто под влиянием волшебной ауры или какого-то предмета, который Винта хранит при себе. Нет, это было нечто более утонченное и хитроумное.
Я сосредоточил на ней свое внимание. И вначале ничего не заметил, но благоразумие подсказывало мне продолжать поиск.
Я призвал на помощь зрение Логруса.
— Пожалуйста, не делай этого, — произнесла девушка.
Я совершил faux panote 40. Обычно считается неприличным проверять собрата по профессии таким образом.
— Прошу прощения. Понятия не имел, что ты изучала Искусство.
— Не изучала, но я очень чувствительна к его применению.
— Тогда у тебя весьма хорошие задатки, и ты сама могла бы…
— У меня другие интересы, — заявила Винта.
— Мне показалось, что кто-то наложил на тебя заклятие, — попытался выкрутиться я. — И хотел лишь…
— Как бы то ни было, что есть, то есть. Давай оставим эту тему.
— Как скажешь. Прости.
Она прекрасно понимала, однако, что так просто я этого не оставлю: неизвестная магия всегда опасна.
— Это вовсе не причинит тебе вреда, — продолжила девушка. — Даже наоборот.
Я подождал, но ей больше нечего было сказать. Тогда и я не стал настаивать на дальнейшем обсуждении и устремил взгляд на маяк. Что я мог выведать у нее? Откуда она узнала, что я вернулся в город, что пошел в Закуток смерти?.. Если мы в самом деле доверяем друг другу, ей следовало бы объясниться.
Я оглянулся и посмотрел на нее. Винта улыбалась.
— Ветер переменился, — сказала она, вставая. — Извини, пойду работать.
— Помочь?
— Немного погодя. Я позову, когда ты мне понадобишься.
Я смотрел ей вслед, смутно чувствуя, что и она следит за мной, хотя смотрит в другую сторону. Я понял также, что это ощущение не покидает меня с тех пор, как я поднялся на корабль.
Мы поставили яхту на прикол, убрав с палубы все лишнее, и стали карабкаться по извилистой каменистой дороге к постоялому двору, из трубы которого поднимался дымок. Небо на востоке побледнело, а к тому времени, как мы с аппетитом позавтракали, утренний свет залил мир в полную силу. Мы направились в конюшню, где стояли три покладистые лошади, готовые отвезти нас в имение отца Винты.
Стоял один из тех погожих осенних деньков, что так редко выпадают, когда год близится к концу. Я наконец-то почувствовал себя отдохнувшим. Кроме того, на постоялом дворе подавали кофе — редкость в Амбере вне пределов дворца. Приятно было неторопливо прокатиться по сельской местности, вдыхая осенний воздух, любуясь сверкающей на влажных лугах росой, ощущая легкое дуновение ветерка, слушая крики птиц, улетающих стаями к Солнечным островам…
Мы ехали молча, ничто не нарушало моего идиллического настроения. Печаль и предательство, страдание и насилие надолго остаются в памяти, но все же они бледнеют, выцветают и исчезают, а воспоминания о таких событиях, как эта верховая прогулка, переживают их. Стоит мне закрыть глаза и начать просматривать мысленным взором череду моих дней, как возникает картина: раннее утро, я еду на лошади с Винтой Бейль в краю виноградников к востоку от Амбера, каменные домики, каменные изгороди… Время не властно над этим уголком моего сердца.
