Тем летом 2–3 июля в Нью-Йорке проходил первый Всемирный конвент научной фантастики. На это беспрецедентное мероприятие собирались поклонники жанра со всей страны; наряду с ними участвовали авторы, иллюстраторы, агенты и издатели. Узнав о событии на собрании Общества, Рэй тут же захотел поехать в Нью-Йорк – ведь там планировался не только конвент, но и Всемирная торговая выставка, а Рэй до сих пор помнил то сказочное впечатление, которое произвела на него выставка 1933 года в Чикаго. На пути стояло вечное препятствие: денег на поездку не было, хотя Рэй и работал. Форри Экерман знал, что друг хочет поехать в Нью-Йорк, и по собственной инициативе одолжил денег – как он вспоминал, пятьдесят долларов, а по воспоминаниям Рэя – девяносто. Экерман тогда жил у бабушки и дедушки с материнской стороны и не платил за квартиру, а кроме того, зарабатывал восемьдесят пять долларов в час в Академии кинематографических искусств и наук, так что вполне мог позволить себе поддержать друга. Рэй пообещал возвращать по доллару в неделю до полной уплаты долга и предложил свозить на конвент иллюстрации Ханса Бока, у которого тоже не было денег на поездку.
Итак, в конце июня 1939 года Рэй сел в автобус
На одной из плановых остановок в Денвере, штат Колорадо, Рэй зашел в ресторан, чтобы побриться. «Я не услышал, как объявляют об отправлении автобуса, а когда прибежал, его уже и след простыл – вместе с моей пишущей машинкой и пожитками», – рассказывал Рэй. К счастью, вскоре подошел следующий автобус, и Рэй в конце концов воссоединился со своей возлюбленной машинкой и багажом.
Хотя за десятки лет Рэй познакомился со множеством замечательных личностей, неизгладимое впечатление на него зачастую производили встречи с самыми обычными людьми. Одно из таких знакомств произошло в междугороднем автобусе. Через проход от Рэя сидела Эдвина Поттер, высокая стройная блондинка старше его на несколько лет. Она ехала на север штата Нью-Йорк, чтобы работать инструктором по плаванию. Пока за окном проносились американские пейзажи, Рэй и Эдвина разговаривали, хотя сам он не вполне понимал, отчего красивая женщина проявляет к нему интерес. Вспоминая то путешествие, он описывал себя как «прыщавого восемнадцатилетнего парнишку… злоупотребляющего колой, пирогами и шоколадными батончиками «Кларк», немытого и с чересчур длинными для 1939 года волосами. Я ничем не заслуживал внимания, не считая того, что непрерывно болтал и вопил, потому что обожал жизнь».
После четырех суток пути автобус остановился в сером хмуром городе Элизабет в штате Нью-Джерси. Рэй сошел, оглянулся и помахал Эдвине, а она помахала в ответ. Почти семьдесят лет спустя он, со свойственной ему сентиментальностью, часто вспоминал об этом кратком миге нежности и о женщине, которую знал совсем недолго.
К большому облегчению Рэя, портативная пишущая машинка и багаж ждали его в бюро находок на автовокзале. Там же ждал и друг по переписке – редактор бульварного журнала Чарли Хорниг. На рассвете друзья сели на паром до Манхэттена; в сиянии утреннего солнца Рэй впервые увидел Нью-Йорк и сразу подумал об иммигрантах, которым открывался почти такой же вид на город.
Рэй остановился в хостеле
