Рождение Визериса сделало Эйриса ещё более боязливым и подозрительным. Несмотря на то, что маленький принц казался достаточно здоровым, король боялся, что его постигнет та же судьба, что и других своих детей. Он приказал Королевским Гвардейцам охранять мальчика днём и ночью, дабы никто не дотрагивался до него без позволения короля. Даже Рейлле не было позволено оставаться с младенцем наедине. Когда у неё закончилось молоко, Эйрис приказал своему отведывателю кушаний пробовать молоко кормилицы, чтобы удостовериться, что женщина не намазала яд на соски. Когда ото всех лордов Семи Королевств прибыли подарки для юного принца, Таргариен свалил их в кучу во дворе и поджёг, так как боялся, что они заколдованы или прокляты.
Однако, не смотря на всю свою неадекватность, будто бы сами боги решили дать его отцу шанс. Визерис жил и кажется, будет жить дальше. Это ли не праздник, по мнению остальных?
«Зачем им нужен кто-то ещё?» - с искренним недоумением думал Рейгар, покосившись на сопровождающего их королевского офицера. «Неужели кто-то всерьёз считает, что мне нужна будет помощь в управлении страной? Если и так, то я надеюсь, что Визерис станет не менее гениальным, чем тот же Моустас!».
- Ваше возвращение, мой принц, чрезвычайно воодушевило его Величество, - сказал офицер, перед тем, как они остановились у входа в тронный зал, где уже собрались все окрестные и многие приезжие лорды. Весь высший свет.
Рейгар на его слова едва не расхохотался вслух. Возвращение соперника ни одного короля не радует - зато любого короля порадует возвращение его войска, особенно когда сам монарх в опале. А это было практически так. Если бы Рейгар, каким-то образом, погиб во время этой войны, то его отцу точно не долго пришлось бы править.
«Подавился бы виноградиной», - усмехнулся юный Таргариен, - «тогда до взросления Визериса власть взяла бы мать. Но реально управлял бы Малый совет, что в первую очередь выгодно... Ланнистеру. Однако, против подобной теории говорит факт, что Тайвин в своё время помог предотвратить похожий заговор бывшего Малого совета. Правда причиной может быть и то, что Хранителя Запада собирались отлучить от должности десницы...».
Впрочем, Рейгар не исключал и того факта, что Варис и, быть может, десница, сумеют удержать лордов от очередной порции ненависти, направленной на его отца, в случае смерти самого юноши. В таком случае Эйрис продолжил бы своё бездарное правление, отсиживаясь за спинами действительно способных людей.
Рейгар отворил двери и вошёл в тронный зал. Взревели рога, зазвучали аплодисменты. Лорды громогласно взвыли, словно были какими-то уличными наёмниками. Послышались крики:
- Да здравствует принц Визерис!
- Да здравствует принц Рейгар!
- Долгих лет жизни принцу Визерису!
И вот, его великий триумф, который Рейгар так предвкушал, всеобщее признание того, что он совершил, стушевалось на фоне другого события. Банальная жизнь его брата, - просто жизнь! - затмила его славу, принизила разгром горцев, который никто не мог осуществить ранее. Слишком уж хитроумно эти люди прятались в горах, никогда не давали честный бой, уходили ото всех облав, умудряясь побеждать втрое и вчетверо превосходящие их силы на собственной территории. Потому-то он и выманил их, вынудил вылезти из своих нор. И теперь, когда принц вернулся...
Нет, лорды, конечно, поздравляли его, но это не походило на то, что юноша ожидал. Безусловно Рейгару понравились крики горожан и их обожание, вот только наибольшее внимание, само собой, уделялось именно знати.
А сейчас, мало того, что Ланнистер украл кусочек его славы, для своего любимого «Небесного Клинка» - это принц ещё мог понять и принять, но разве может он не возненавидеть своего брата, за такую подставу?
«Отец, ты превзошёл сам себя. Наверняка ведь не ожидал, что сумеешь досадить мне настолько сильно», - злобно оскалился Таргариен, но сделал это незаметно и быстро принял прежнее выражение лица.
У его свиты была своя задача, поэтому она выстроилась у принца за спиной. Вся, кроме верного Мутона, которому Рейгар взглядом приказал идти следом, справа от себя. Сейчас юноша неспешно, давая остальным вдоволь на себя насмотреться, шёл вперёд.
По краям огромного зала размещались целые ряды молчаливых солдат, которые стояли, преклоняя колено по мере продвижения наследника трона. Их вид сильно воодушевил Рейгара.
«Моя армия. Мои преданнейшие бойцы!», - его взгляд скользил по гербу Таргариенов, кропотливо изображённом на каждом их доспехе. Элитные пехотинцы, его гвардия. Рейгар потратил немало времени, чтобы добиться их расположения и верности.
«Как и всей остальной армии Королевских Земель», - гордо подумал он. Это даже смогло отогнать неприятную мысль о Визерисе.
«Насколько хватает глаз, они повинуются мне, моей руке. Насколько хватает глаз, и даже ещё дальше...».
Дальше. Невысказанная мысль. Неотвязная.
